ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Журналистка Рика загорается идеей написать серию статей о Манако Кадзии — женщине, которую подозревают в вымогательстве и убийствах собственных поклонников. Она окружала мужчин заботой и любовью, кормила домашней едой, жила на их деньги… а потом они умирали. Но общественность удивляют не столько сами преступления, сколько внешность убийцы: ее полнота никак не вяжется с образом роковой содержанки. Журналистка хочет выяснить, в чем секрет Кадзии, почему ее любили мужчины, откуда у нее такая уверенность в себе?
Чтобы подступиться к загадочной преступнице, Рика просит у нее рецепт говяжьего рагу, которое один из убитых ел прямо перед смертью. В ответ женщина требует, чтобы Рика тоже начала готовить. Пытаясь втереться в доверие к Манако, журналистка не замечает, как сама оказывается в паутине манипуляций и лжи, постепенно теряя контроль над собственной жизнью…
История домохозяйки-убийцы, основанная на реальных событиях.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

После ужина, отчасти благодаря нахлынувшему на нее умиротворению, отчасти потому, что уже успела рассказать все Макото, она наконец призналась:

— Я планирую написать статью о Кадзии Манако или, возможно, это будет интервью. Уже несколько раз я встречалась с ней в тюрьме — хожу туда еще с прошлого года. Пока мы разговариваем только на темы, далекие от подозрительных смертей, но я надеюсь продвинуться дальше. Что думаете?

— Ну, раз уж вы решили рассказать, видимо, у вас есть уверенность в успехе. — Синои аккуратно положил палочки. Шипение мяса с открытой кухни стало еще громче. — Но в таких вещах важно понимать, что в ответ вы преподносите свое сердце на блюдечке.

Худощавое лицо Синои не выглядело строгим или слишком серьезным, скорее отсутствующим. Мыслями он явно витал где-то далеко-далеко. Интересно, кому он отдал свое сердце в прошлом?

Услышав фразу о сердце, Рика вспомнила фуа-гра. Кажется, его делают из гусиной печени. Вершина кулинарного искусства… Печень — печенью, а ей нужно найти внутри себя что-то такое столько же манящее, чтобы предложить Манако в обмен. Преподнести на блюдечке.

— Чтобы получить чье-то абсолютное доверие, нельзя льстить и лгать, — словно прочитал ее

мысли Синои. — Придется раскрыть собственные слабости, отдать в руки часть своей жизни.

Она молча кивнула.

На десерт подали запеченные яблоки и мороженое. Счет они как обычно разделили пополам и продолжили разговор, шагая по узким улочкам к станции. Все вокруг было погружено в темноту, и шум машин с проспекта казался безумно далеким.

— Какое хорошее заведение… Вот уж не подумал бы, что вы интересуетесь такими вещами.

— Раньше и не интересовалась. Но недавно нашла подругу, которая хорошо знает такие места и иногда советует мне что-нибудь.

Подруга… Рика впервые назвала так Кадзии Манако. А ведь раньше только Рэйко занимала место у нее в сердце. У Манако наверняка никогда не было близкой подруги, которой можно открыть душу.

— Давно я не ел так вкусно и основательно. Спасибо большое. Зовите еще, если соберетесь в такие места. И в следующий раз я угощаю, — неожиданно произнес Синои.

Рика невольно перевела на него взгляд и успела поймать смущенную улыбку на его лице.

— Обязательно позову, — ответила она и, споткнувшись, случайно задела грудью его плечо. Она еще не привыкла к своему новому телу и порой случайно вторгалась вот так в чужое личное пространство. Недавно Рика обнаружила, что грудь у нее увеличилась в размерах с B до D[48]. Оказалось, она из тех, кто начинает прибавлять в весе с груди. Когда продавщица, женщина лет пятидесяти, помогала ей измерять грудь, она натянула сантиметр так, что тот вдавился в кожу.