ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война — это страшно, но гораздо страшней, когда ты попадаешь в нее из своего благополучного уютного мира. История Вани Куприна, простого русского мажора, решившего неудачно пошутить.

Молодой, симпатичный белобрысый парень, вальяжно развалился на винтажном кожаном диване. Длинный и худощавый, он выглядел он несколько субтильно, правда словно сотканные из жгутов мышц икры и предплечья прямо выдавали в нем спортсмена. А iPad с корпусом из двадцатичетырехкаратного золота в его руках, эксклюзивная футболка с шортами из последней линейки от «Nike» и швейцарские часы модели «Pasha» от «Cartier» на запястье свидетельствовали о том, что парнишка происходит явно не из низших, и даже не из средних слоев общества. Да и сама комната, несмотря на крайнюю захламленность, была обставлена дорогой дизайнерской мебелью ручной работы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Эх, видел бы меня батя… хотя, нахер, лучше бы не видел…

Ждать долго не пришлось, через несколько минут послышалось собачье тявканье, а потом на появились первые фигуры в грязно-серой форме.

Немцы шли в хорошем темпе, растянувшись в редкую цепь. Выйдя на опушку, они замедлили движение, вперед выдвинулись два солдата с овчарками на длинных поводках, в потом к ним подошел какой-то лохматый тип в мятом пиджаке, а еще чуть позже, офицер в маскировочной куртке с автоматом подмышкой.

Гражданский затыкал рукой в сторону Ивана, офицер обернулся к солдатам и махнул рукой.

Немцы начали неспешно выходить на опушку.

Ваня приподнялся на локтях и прицелился из своего автомата в офицера. Палец погладил рубчатый спусковой крючок.

— Давай, Петрушка, давай… — шептал Иван. — Ну, лесной чертяка…

Неожиданно стукнул выстрел.

С гражданского слетела кепка, он пошел боком, запнулся и рухнул на землю.

Немцы рассыпались и залегли. Офицер тоже лег, но почти сразу же приподнялся на локте и начал орать команды. Эхом прокатился еще один выстрел — и он ткнулся головой в землю.

Немцы начали отвечать и перебежками продвигаться вперед. по деревьям густо защелкали пули, на Ивана полетели срубленные веточки и труха.

Ваня даванул спусковой крючок, громко залязгал затвор, автомат бешено задергался. Ствол сразу задрался и ушел с точки прицеливания, но Ваня заметил, как один из солдат припал на колено, а потом повалился в траву.

Радости от удачного выстрела не было, Иван просто отметил, что попал и продолжил поливать немцев короткими очередями.

Дострелял магазин, неспешно сменил его, подождал еще несколько секунд, потом сполз с пригорка, по высокой дуге запустил в сторону солдат гранату и, стараясь прикрываться деревьями, побежал в сторону заката.

Все повторилось через пару десятков метров — Иван выбрал позицию, залег, дождался появления солдат, отстрелял магазин, а потом опять шмыгнул в лес.

«Так воевать можно… — спокойно и сосредоточенно думал он. — Как там Петрушка говорил? Стлелил — бесал — стлелил — бесал… И не страшно совсем…»

Но все спокойствие и сосредоточенность сразу закончились, когда сквозь стрельбу послышался азартный лай.

Собак он не боялся, но память, очень некстати, услужливо подкинула кадры из какого-то древнего фильма о войне, где немцы натравливали овчарок на заключенных концлагеря.

И оттого, мозги немедленно пронзил дикий ужас.

— Блядь!!! — сдавленно зашипел Ваня и принялся заполошно вертеть головой, стараясь разглядеть собак.

Но, все равно, пропустил момент, когда среди деревьев промелькнуло рыжее с подпалинами мускулистое тело.

Не успев толком прицелится, Иван судорожно даванул на спусковой крючок и кубарем полетел на землю.