ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

2157 год. Космос. Старый инженер соглашается на криосон, но просыпается не в будущем, а… в теле погибшего советского солдата 1981 года. Вместе с ним в этот мир приходят технологии, интеллект и задачи, от которых зависит не только его жизнь, но и баланс сил на планете. Под маской радиста-разведчика — ум, способный лечить, взламывать, уничтожать и создавать. Его путь — это любовь, боль, сапоги из настоящей кожи и шпионские игры против самых тёмных сил. Он был просто человеком. Теперь он — перекрёсток эпох, носитель иной воли. СССР, тайные спецотделы, дроны в облике мух и птиц, инопланетная логика и пылающее сердце земной женщины — всё сойдётся в одну линию. И назад уже никто не вернётся.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хотя, сейчас ты меня натолкнул на одну идею!

— Если не секрет, на какую?

— Предпусковой подогреватель.

— Как у «Запорожца»?

— Лучше даже чем западные «Эбершпехер» и «Вебасто». Причем не просто печка для двигателя, но и прогрев масла, термос и он же термоконтейнер для аккумулятора… В общем целая система…

Ветер ударил сильнее, принеся с собой сухой звон железа и запах выхлопа от соседнего «УАЗика».

* * *

Декабрьский день перевалил полдень быстро, как будто солнце спешило домой греться. Сквозь редкий туман и поднятую машинами снежную пыль серое небо уже полыхает рваными отблесками огня, будто кто-то развёл костёр за облаками.

Когда мотор был уже заглушен, но в ушах был ещё слышен хруст шипов «Пирелли», к моей «Ниве» подошел мужчина в плотной куртке, с повязкой на рукаве и знаком, явно обозначающим принадлежность к организаторам. Лицо — загорелое, глаза узкие и внимательные. Широкий шаг, плотная посадка плеч — в прошлом, вероятно, военный.

— Добрый вечер, товарищи, — поздоровался он, отряхивая варежку перед тем как протянуть руку. — Константин Колесников, тренер и капитан команды ДОСААФ по ралли. Наблюдал за вашей машиной — впечатлило. Особенно на третьем спуске, где большинство сносит влево. А вы — ровно в дугу.

Исаак Маркович кивнул, отпустив простую фразу:

— Константин — не только водитель, он этот автомобиль собрал сам под себя, и ткнул в меня пальцем в теплой лайковой перчатке.

Как только я их увидел, сразу сделал зарубку в голове, себе и дамам сшить тоже, только лучше.

Капитан удивлённо поднял брови.

— Сам? То есть вы — с машинами на «ты»?

Усмехнувшись, Костя указал на машину.

— Это — экспериментальная сборка. Ходовая — переработана. Система регулировки давления в шинах — автоматическая, полностью электронная. Газораспределение — без распредвала. Микропроцессор подбирает фазы в зависимости от нагрузки, рельефа и целой кучи других параметров.

Колесников присвистнул, подойдя ближе. Обошёл «Ниву», остановился у переднего крыла.

— Это что, у вас шноркель рабочий? То есть, всасывание воздуха — выше уровня капота?

— Да. С функцией озонирования. Плюс двухкамерный фильтр с улавливанием пыли и водяной взвеси.

— А это что? — капитан постучал костяшками по кенгурятнику. — Точно не серийный.

— Спецсплав. Плюс система крепления с амортизацией. При ударе — часть энергии гасится в опорах. На скорости до шестидесяти можно принимать контакт с препятствием без разрушения кузова.

Капитан явно заинтересовался. Потрогал ребристую поверхность шипованной «Пирелли».

— Такие шины достать — уже полдела. Но вы под них подвеску, судя по всему, адаптировали?

— Не просто адаптировал. Создано новое плечо рычага, переработаны пружины. Центр тяжести — занижен.