ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

1986 год. Афганистан. Разведгруппа спецназа ГРУ получает задачу, которая быстро превращается в бой на грани возможного. Штурм укрепрайона Карера, рейд через пакистанскую границу, трое суток непрерывных боёв в горах, окружение и отход с погибшими на плечах. Сергей Серёгин уже не тот молодой боец, который только попал в отряд. Теперь за его спиной люди, за которых он отвечает, и война, которая навсегда остаётся внутри. Но после боя начинается другое испытание. Политики и генералы пытаются замять скандал, награды отменяют, а подвиг спецназовцев превращают в неудобную историю. Про тех кто погиб и пропал без вести как будто забыли. И всё же для тех, кто был там, за чертой афганской границы, эта война уже никогда не закончится. «За чертой» - жёсткий и реалистичный роман о спецназе ГРУ в Афганистане, о долге, братстве и цене, которую платят за победу.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Вот так просто? Ты академию закончишь, большим начальником станешь. Генералом. Будешь смотреть на нас простых смертных с высока и говорить через губу.

— Не неси ерунду. — Поморщился Морозов — Или ты меня плохо знаешь?

— Да знаю — Я засмеялся. — Уже и пошутить нельзя. Только где тебя там в этой Москве искать? Это не деревня какая, город с несколькими миллионами населения.

— Адрес напишу. — Кивнул головой Олег — Нормальный. Не через часть. И если помощь понадобится, тоже пиши.

— Любая?

— Если не попросишь труп закапывать посреди Москвы, то любая.

— А если попрошу? — Прищурился я разглядывая Олега с интересом.

— Ну тогда придаться объяснит вначале, почему так получилось, и заслужил ли покойник — Морозов посмотрел на меня серьёзно. — И я сейчас не шучу.

— Я понял. Спасибо. — Я и правда был благодарен Морозову за заботу и дружбу — Тогда и ты, если что, пиши.

— Куда?

— Ну… это хороший вопрос. — Засмеялся я — Найдём куда. Хотя если надо будет, ты меня и так найдешь. Чай не на зоотехника учиться едешь.

— Тут не поспоришь. — Хмыкнул Морозов. — Точно не на зоотехника.

Мы снова замолчали, переваривая только что услышанное. Слова Морозова меня задели. В груди расползалось теплое чувство, так бывает, когда смотришь на огонь, текущую воду или на то, как кто-то работает. Чувство умиротворения и спокойствия.

— Знаешь, я ведь сначала тебя ненавидел. — Первым нарушил я молчание.

— Это за что ещё? — Удивился Морозов.

— Да за всё подряд. Ещё в учебке к тебе не ровно дышал. — Рассмеялся я — За подъёмы ночью. За марш-броски, за эту бесконечную беготню с полной выкладкой. Тупой был, молодой и зеленый. А сейчас если кто-нибудь скажет про тебя что-то плохое, я ему, наверное, морду набью.

— Даже так?

— Даже так.

Морозов усмехнулся.

— Хорошо. Значит договорились. Если один из нас влипнет в неприятности, второй не станет делать вид, что очень занят. Бросит всё, если сможет, и пойдет помогать.

— Это без вопросов. — Кивнул я — Даже не обсуждается.

— Тогда договорились.

Мы снова замолчали. Солнце почти село за горы, по базе начинали загораться редкие огни. Я вдруг поймал себя на странной мысли. До этого момента мне казалось, что заканчивается только моя служба. Но сейчас стало понятно, что заканчивается гораздо больше. Заканчивалось время нашей группы. Заканчивалась целая глава жизни. Через несколько месяцев Морозов уедет в Москву. Макс вернётся домой. Я тоже улечу в Союз. Молодые займут наши места в строю. И однажды будут точно так же сидеть возле оружейки после очередного выхода, вспоминая уже нас.

Отряд останется в Афганистане. Война тоже будет идти два года, и эти горы, что окружают нас, будут стоять тут вечно, а вот мы — нет. Мы едем домой.