ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Голову поднять не могу, потому что деревяшка тяжёлая. Значит, надо выпутываться, в буквальном смысле слова. По волосинке, по тоненькой прядочке освобождаю себя из неожиданного капкана. Волос много. Густые, чёрные, явно принадлежат человеку не европейского типа. Или как там народы делятся? На расы, кажется… Кстати, это хороший способ не сверзнуться в панику. Думать о чём угодно, но не о ситуации, из которой нет выхода. Собрав остатки волос в толстый пучок, сворачиваю их жгутом и перекидываю на грудь. У меня есть грудь. Вернее, некие припухлости, которые со временем должны стать полноценными молочными железами. А пока это прыщики. Смотрим ниже. Ноги. Костлявые узкие ступни, вымазанные в жидкой грязи глинистого бережка, на котором я сижу. Острые коленки, одна сильно разбита, но кровь уже не течёт. Выше. М-да… Судя по пушку, лет двенадцать, наверное, отроковице сей. Худа, смугла, нема. И что мне со всем этим «богатством» делать? Как жить, граждане? Ни спросить, ни попросить. Даже жалостливо спеть, чтобы корочку дали, не смогу. А еще нага, как Ева в раю. Одежду-то куда дели? Не сейчас же я родилась. Хоть бы рубашонку какую на развод дали. Или оставили.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Складки вони дюже пидступны*, – предупредила старуха и неторопливо пошагала по тропе.

*пидступны – коварны, обманчивы.

Придерживая одной рукой бабкину корзину на плече, сделала осторожный шаг. Ещё один и ещё. Чувствовала себя нагруженным осликом, у которого судьба такая. Но я-то сама впряглась. Жаловаться не на кого. Под тяжестью ноши горбилась, но зато под ноги смотрела не отрываясь.

– Ступай сюды, – скомандовала моя провожатая, стоя на краю тропы.

Не задумываясь, шагнула следом. Легкий туман, чуть голова закружилась, и я уже в другом лесу на другой тропе. Воздух хвойный, горячий, колючие веточки ёлок, растущих вдоль тропы, стегали по ногам. Но осматриваться некогда. Видела только подол юбки впереди идущей старухи.

Так вот они какие, складки. Место, где знающий человек может пройти через пространство, как игла проходит через сложенную ткань. Был на одной стороне, шаг – и в другом месте вышел. Как интересно! Наверное, старуха далеко от того места, где мы встретились, живёт, если через складки ходит.

Ельник закончился. Мы шли вдоль поля. Солнце у горизонта почти. Отдохнуть бы, пот с лица смахнуть, воды попить. Но отупев от усталости, плелась следом, едва ноги переставляя.

– Сюды ступай, – ещё раз предупредила бабка, стоя у одной ей приметного места.

Послушно сделала шаг в чуть заметное марево. Ощущения те же: лёгкое головокружение и туман перед глазами, которые быстро проходят, стоит сделать пару шагов вперёд.

Вышли к опушке леса, растущего на возвышенности, с которой можно осмотреть окрестности. Вдали деревня немалая. Дворов сотня, наверное. Дорога по низине проходит, по которой в сторону деревни плетутся несколько лошадок, запряжённых в гружёные телеги.

– Не видставай! – окликнула бабка, и я, понимая, что иду из последних сил, потрусила на её голос.

Вдруг где-то совсем рядом заорал петух. «Вроде на закате они не поют?» – подумала я сквозь пелену усталости. Подумала и забыла. Давайте уже придем или привал сделаем. Иначе упаду, придавленная тяжестью грибной, и больше не встану. Есть хочется, Пых скулит. Корзинка плечо так отдавила, что, похоже, всю оставшуюся жизнь кособокой буду.

– Слыш, кочет спивае? То дом близко. Как мене почуе, так зараз спивать починат, – рассказывала бабка, которую я почти уже не слышала.

Вдруг мне резко полегчало. Оказывается, стоим мы уже у крыльца дома, обнесённого высоким и крепким забором. Корзину старуха у меня забрала и в дом занесла. Я со стоном села на край ступеньки, пытаясь прийти в себя. Ноги и руки мелко подрагивали.

– На, попей, – хозяйка сунула в руки деревянный ковш. Я жадно глотала тёплую воду. Наверное, в ведре весь день стояла. А может, и вовсе с вечера, зачем-то подумала я, постепенно приходя в себя.

Пых скулил, и я вытащила его из корзины. Малыш был грязный и вонючий.