ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На Агапита всё свалить? Кстати, где он? Ну, пусть на него. Опять моя вина будет. Кто за ним надзирал? Кто не доглядел? Кто топор ему в руки вложил? Не положено в отношении психически больного такое… Пусть и все знали, что он чуть ли не на всё отделение дрова колет, но глаза на это закрывали. Как бы не было этого. Тут опять я во всем виноват. С Агапита-то какой спрос… У меня всё своё с собой. Фигурки. Маузер. Даже сидор с запасным бельишком за плечами. Собрался я утром в путь. Ну, значит — пока, пока вятское психиатрическое отделение. — Ваня, ты это что наделал? У старшего надзирателя как пластинку заело. На третий круг уже пошёл. Сейчас опять про Агапита спросит. — Ваня, а Агапит где? Во. Точно. Опять я угадал. — В горы ушёл… Хотя, там в горы не Агапит ушёл. Алитет. Да, какая, собственно разница… Ни с кем не попрощавшись я в сторону Московского тракта двинулся. Народ из отделения с моей дороги как веником смело. Точно воробьишки в стороны порхнули. Один старший надзиратель было дёрнулся, но я в воздухе из стороны в сторону пальцем покачал. Не надо, мол, этого делать. Для здоровья будет плохо. Старший надзиратель как-то сразу проникся и с моего пути отступил. Не дурак он поди. В дурдоме только служит, а не лечение проходит.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тут мне сумка грабителя на глаза попалась. Может там нужное есть?

Точно. Мужик в чёрном оказался запасливым. Хороший такой шнур у него в сумке нашелся. Он им, наверное, украденные иконы и думал увязывать.

Сарацинской саблей шнур располовинил. Как раз на руки и ноги хватило.

Лежащий на полу завозился, воздух с шумом в себя втянул.

О! Глаза открыл.

— Отпусти… Денег дам…

Я его слова проигнорировал. Денег он даст. Нашел дурака.

Наверное, позвонить Илье Ильичу надо? Номер домашнего телефонного аппарата он мне оставил. Пусть уж он сам полицию вызывает.

— Мужик, отпусти…

Надоел уже.

— Молчи уж…

Снизошёл я словом до грабителя. После этого и к телефону подошёл.

— Илья Ильич, связанный грабитель тут Вас дожидается… Всё, жду…

Разговор у нас с антикваром получился не долгий. Скоро он сам тут появится. Вот тогда и поговорим.

Я сидел в кресле хозяина антикварного магазина и «Археологические известия и заметки издаваемые Императорским Московским Археологическим Обществом» листал. С пола просьбы отпустить так и не прекращались. Илья Ильич где-то на извозчике сюда мчался.

Минута за минутой на ось времени наматывались, до рассвета оставалось всё меньше.

Глава 44

Глава 44 Где мои фигурки были сделаны

Нельзя сказать, что сейчас я в антикварных магазинах Москвы двери левой ногой открываю, но…

Везде меня в данных заведениях знают. Где и привечают.

Особенно в тех, из которых продавец игрушек иконы украл. Большинство из них целы остались. Не успел их иконоборец уничтожить. Почему? Это уже у него самого надо спрашивать.

Полиция его жилище обыскала, иконы и нашлись. Причем, не только те, что из московских антикварок были похищены. Были и те, что частным лицам принадлежали, и храмовые.

Раскручивают сейчас грабителя. Он и не упирается особо. Рассказывает о своих художествах. Причем с гордостью. Правое де дело он творил, хорошее и нужное.

С Ильей Ильичом друзьями мы, понятное дело, не стали. На разных социальных ступеньках ведь находимся. Но, отношение ко мне хорошее и доверительное.

По воскресеньям я сейчас его на толкучки сопровождаю. Охраняю и интересному ремеслу учусь. Рассказы антиквара слушаю, цены, что он платит запоминаю, с народом знакомлюсь. Вхожу, так сказать, в курс дела.

Где-то через месяц, ну — день плюс, день минус от ночного происшествия, показал я Илье Ильичу пару своих золотых фигурок. Надо было видеть его реакцию! Руки, конечно, у него не затряслись, но глаза ой как вспыхнули. Голос ещё немного изменился. С хрипотцой стал.

— Иван, откуда у Вас такое?

Ответа даже не выслушав, а дело в кабинете антиквара было, к шкафу с книгами Илья Ильич бросился. По корешкам пальцем провёл, нужный томик с полки вытащил.

Тут же быстро-быстро листать книгу начал.

— Откуда взял-то, говорю? — повторил Илья Ильич свой вопрос.