ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

К слову сказать, знаменитейшие на весь мир вина князя Голицына производят из выращенного на полях былых сражений винограда, о чём недвусмысленно говорят их названия – «Турецкий пепел», «Слеза француза», «Английская кровь». Спустя несколько лет дюжина бутылок с таким вином была с оказией доставлена в Лондон, где подарена известному ненавистнику всего русского Александру Ивановичу Герцену. Человек, от которого отказались даже близкие друзья из-за пожеланий поражения своей стране в минувшей войне, воспринял дар как попытку примирения и принял его с радостью и благодарностью. А через неделю купил прекрасный охотничий штуцер и из окна наёмной кареты выстрелил в голову показавшейся на балконе Букингемского дворца королевы Виктории. Тяжёлая пуля не оставила Её Величеству шансов и не помог недавно открывшийся целительский дар. Александра Ивановича схватили на месте преступления, откуда он и не пытался скрыться, а при обыске у него дома нашли многочисленные труды господ Маркса и Энгельса, а также переписку как с вышеобозначенными господами, так и с другими сторонниками их пагубных идей. Только что родившийся марксизм был задушен в Лондоне прямо в колыбели, а его отцы-основатели неожиданно для всех повесились в тюрьме на собственных галстуках, не дожидаясь суда и сурового приговора.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Хотел бы посмотреть, как и где он этот чек обналичивать будет.

– Ну и что? Зато как возрастёт репутация мастера!

Второй жандарм хмыкнул:

– Я бы тоже не отказался от мундира работы поставщика Двора Его Величества. Вот вечно вам, егерям, достаётся лучшее.

– Там не только егеря, – возразил Красный. – Там ещё нижегородские драгуны. Так что не завидуйте, Олег Витальевич. Что вам мешает тоже отправиться в Восточный Туркестан?

– Я писал рапорт, – покачал головой жандарм. – Феликс Эдмундович не отпускает. Может быть, ты, Вася, поспособствуешь? Там должность генеральская и жалованье втрое от столичного.

– Попробую, но обещать не могу, – кивнул Красный. – А этот мастер, он в самом деле так хорош?

– Лучший. Так что ты зря отказался.

– Не спорю, может быть, и зря. Но времени на эти тряпки нет совсем, – ответил Василий и сел за руль полицейской машины. – Поехали, мне к завтраку успеть нужно.

Возвращался Красный с соблюдением правил конспирации – остановил машину в лесу за километр от ближней дачи и разделся до пояса, оставшись только в штанах и высоких шнурованных ботинках. Остальные элементы формы упаковал в рюкзак и оставил жандармам. Евгений Максимович пообещал передать через охранника ближе к обеду, когда угроза разоблачения снизится до разумных пределов.

А теперь бегом! Вдох-выдох… Лейб-егеря они ведь такие, они без утренней пробежки жизни себе не представляют. Вдох-выдох… Добавить скорости, чтобы пот выступил? Вдох-выдох… Километра, пожалуй, маловато.

Хотя есть и другой способ согреться, и это не водка! За триста метров до забора Вася растворился в воздухе. Вот только что был и пропал, чтобы тут же появиться на спортивной площадке около турника.

– Сотня подтягиваний, – сам себе скомандовал Красный, прислушиваясь к реакции организма. Всё-таки первый раз в жизни воспользовался отрицаемой современной наукой телепортацией.

Теорией овладел ещё на прошлой неделе – знания сами всплыли в голове после заключённой сделки с душой убитого англичанами мексиканского шамана. В том смысле, что сделку заключил ещё в Восточном Туркестане, но кактусовую водку для оплаты смог найти только в Новониколаевске. Запылённую бутылку чудовищного пойла совершенно случайно купил в вокзальном буфете, где по уверениям буфетчика оная стояла со времён похода против восстания китайских боксёров. Рюмку выпил сам, да и то неполную, а остатки вылил в унитаз, так как даже подпоручик Куликовский отказался дегустировать экзотический напиток. Аполлинарию Григорьевичу хватило запаха.

Шаман, кстати, ещё каких-то грибов требовал, но согласился обойтись без них, едва только попробовав солёные грузди и маринованные маслята. И добросовестно поделился знаниями.

Организм на первое применение телепортации никак не отреагировал.