ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот она — свежая просека, в десятке шагов. И еще одна по другую сторону, с каплями крови на бетонке — зверь пробежал тут насквозь, за счет массы и скорости игнорируя мелкий кустарник и деревца. Вернее, выламывая их мощной грудью. Вышагнув на обочину, патрульный мельком глянул в кабину — а там сын с прежней отрешенностью и новым разочарованием тянулся к телефону… — Боец, — Окликнул Харрис сына, почувствовав, как кольнуло сердце. — Могут быть волки, — со значением произнес он, возвращаясь, открыл багажник и достал оттуда ружье. — Прикроешь отца? Рука Генри с телефоном остановилась, а сам он смотрел то на ружье, то на Харриса с волнительным неверием. А там и быстро-быстро сорвался с сиденья, лихорадочно отстегнув помешавший ему ремень безопасности, вылетел из машины и встал рядом, дыша глубоко и восторженно. Все его внимание было на тусклом вороненном стволе, перебегая на деревянные накладки к тусклому механизму спуска и обратно. Харрис достал ружье, демонстративно зарядил три патрона в магазин, впрочем, не досылая в патронник. А затем потратил еще пару минут, показывая сыну, как держать и как целить. — Перед выстрелом надо передернуть затвор, — обозначил Харрис движение. — Но только перед выстрелом! До этого даже палец на спусковой крючок не ставить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Поэтому опоздал. Пока ловили, пока учили уму разуму… Верно, парень?

— Назад поглядывай, чтобы не прицепился кто, — посоветовал ему офицер, но, в свою очередь, повернувшись, вопросительно посмотрел на меня.

— Нет, сэр. Я не бежал. Приводил себя в порядок, поэтому опоздал. Я решил, вы не пустите в салон грязного.

— Правильно решил… — Задумчиво прокомментировал тот.

— А вы, лейтенант, как думаете? Почему парню хорошенько наддали? — Уточнил мой сосед у старшего.

Тот поразмышлял какое-то время, после чего веско заявил:

— Думаю, из-за бабы дело.

В салоне притихли, ожидая моего ответа.

— Верно, сэр. Из-за девушки.

— Что, не вовремя сдернули с нее? — Лениво предположил офицер.

— Да, сэр. — Поморщился я на очередной кочке.

Нет, в ребрах точно трещина — не дорога, а пытка…

Солдаты с уважением посмотрели на начальство.

— А как вы догадались, сэр?

— От волос его бабой разит. — Чуть потянув с ответом, с некоторым довольством ответил он.

— Черт, и точно, — с силой втянул воздух Сковронски над ухом. — Цветами пахнет.

— Нашел время, конечно, — цокнул водила.

— Эта та, рыженькая?

— А цветник у нее тоже рыжий?

— Опылить-то успел? — Пошли похабные комментарии.

— И как она? — Поинтересовались позади, облокотившись на мое кресло. — Рекомендуешь? Я бы вернулся потом, проверил.

Нащупав скобу регулировки сидения под сидением, я дернул ее верх и с силой откатился назад, зажав болтливого.

Там и так тесно, а я еще хорошенько по коленям врезал — по крайней мере, сильно на это рассчитывал.

— Ах ты сволочь! — Взвыл тот, пытаясь вывернуться.

— Сковронски! — Гаркнул лейтенант. — Заткнулся! Все заткнулись и смотрим по сторонам! — Пресек он намечающееся мордобитие. — Шмель, сядь нормально.

Я посмотрел хмуро на его затылок, но промолчал — тронув скобу, сел, как раньше. Позади недовольно ругались на границе слышимости, но против слова офицера никто не пошел — все старательно уставились в окошки-бойницы.

Тем более что условная граница безопасности общины оказалась позади, а через какое-то время машина проехала по свежим гильзам — место нашей «засады».

Я тоже уставился в окно, вглядываясь. Через какое-то время поймал себя на мысли, что город снова воспринимаю как город — место жизни людей, поэтому только их и пытаюсь заметить. А ведь не так давно чуть собаки не сожрали…

Для интереса задействовал талант, изучая окрестности сквозь здания, заборы, кустарник — и довольно быстро убедился, что жизнь в городе есть и без человека, причем, довольно активная. Мелькали зеленоватые силуэты различного зверья, обычно одиночного и некрупного. Звери, впрочем, занимались своими звериными делами и на дорогу выходить опасались.