Один раз заметил мельтешение зеленых точек — пока пытался понять, что там происходит, они сами раздались в стороны и медленно двинулись примерно в нашем направлении — чуть впереди по нашему курсу. Через какое-то время «Хамви» притормозил, когда через дорогу, не особо и спеша, перебежал целый поток крыс. Я еще раз посмотрел на то место, где их увидел — там белел обглоданный до костей скелет койота или лисицы. Нет, без колес гулять по городу будет только сумасшедший… А даже на колесах — я бы тоже не нарывался. Вон, даже солдаты терпеливо дождались, пока последний крысиный хвост скроется из виду.
Постепенно, с приближением точки назначения, внутри стала расти тревога — что, если не справлюсь? Если не получится? Задавить ее получилось с большим трудом — в основном, пообещав себе, что «там будет видно».
В конце концов, есть кое-какая надежда на спицу в правой руке. Кое-какая — потому что оружие, безусловно обладающее каким-то своим рассудком, ощущалось взрослой собакой, воспитанием которой никто не занимался. Оттого туповатой, себе на уме, пусть и не способной на вред хозяину. Из всех команд, казалось, оружие знало только «убивать» и «назад» — причем, крепла уверенность, во вторую команду придется вложить немало мата, добиваясь подчинения. И вроде бы, для оружия даже такое неплохо… Допустим, с мэром сработает. Допустим, спица не шуганется от его силы, как дворняга от громкого слова… А если оно рванет через стальную заслонку сейфа — жрать всех, кто остался на улице — испортив механизм открывания?..
Иногда мне начинало казаться, что я слишком много думаю. Успокаивало то, что если бы не думал — давно бы сдох.
За время нашего отсутствия площадь перед банком немного почистили — трупы убрали из виду. Но память легко воскрешала их образы там, где они были, додумывая из кровавых отпечатков на асфальте все остальное. Тем более что остовы машин никто трогать не стал, как и подметать площадь от гильз и хлама. Обстановка била по нервам, а я, еле-еле успокоившись, вновь глубоко задышал.
Территорию контролировали люди мэра, оцепив двойками подъездные пути. Военные тоже никуда не делись — «Страйкер» откатился ближе к банку, чтобы, по необходимости, заблокировать собой пролом в фасаде. Еще один Хамви, брат-близнец нашему, стоял у дальнего от нас здания брошенного офисного центра.
— Оружие оставить, выгружаемся, — скомандовал офицер, когда наша машина подкатила к «Страйкеру» и «Ллоид» банку.
Моя дверь оказалась ближе к ожидавшему нас мэру — так уж вышло. По счастью, я смог взять себя в руки, на лице моем вновь были спокойствие и улыбка — насколько это возможно с побитым лицом.






