ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Советский союз... я видел его только в кино. Но судьба решила, что мне сюда надо. И забросила в 1973 год. А тут – тайга, рыбалка, костер, компания друзей, песни под гитару, старинный шаманский клад и... преступление. Увлекательное приключение оказалось ловушкой, из которой не выбраться... Хотя... По лицу что-то ползло. В пузо что-то кололо. Жутко чесалась нога. А еще трещала голова и дико хотелось чихнуть. С этого я и начал. Звук получился звонкий. Он взорвался в недрах мозга, прострелил затылок, застучал в висках. Больно, черт возьми! Я поморщился, приподнялся, приоткрыл один глаз и остолбенел на долгих пять минут. Первый вопрос, который пришел в голову после ступора, был вполне резонным: — Где я? Откровенно говоря, было с чего недоумевать — перед мордой маячил густой мох, под пузом расстилался ковер из опавшей хвои, над головой неопрятными клочьями висела паутина. Ее хозяин полз по моему плечу. Спокойно, деловито, не спеша, так, словно всю жизнь только и делал, что ползал по голым мужикам. Пришлось скинуть его прицельным щелчком. Следом пришло осознание промелькнувшей мысли. Голый! Мать вашу! Я же там в спальне даже не успел раздеться? Или успел? Черт, ничего не помню. Тело мое приняло вертикальное положение. Я осмотрел себя и заорал в голос:

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я махнул рукой в нужную сторону, поспешил пояснить:

— С ней все в порядке. Они там с Зиной.

Юрка растерянно остановился, схватился ладонью за грудь.

— А кто кричал?

— Они и кричали, — ответил Санжай. — Не спрашивай, почему. Сказали: «Сидит и смотрит».

— Кто смотрит?

— Не знаем еще. Как раз и идем, чтобы выяснить.

— Я с вами.

Юрка лихо оттеснил меня, встал рядом с Санжаем. Я почему-то не стал возражать.

Со стороны Генкиной могилы раздались новые звуки. Вскрик и приглушенная ругань. Голоса были знакомые — Тоха и Эдик.

— Все собрались.

Санжай уже успел взять себя в руки. Натянул на лицо непроницаемую мину. Мы сделали последние шаги и оказались на траурной поляне. Под ноги сразу попалась опрокинутая жестянка. Рядом на земле валялись затоптанные цветы.

Мне стало их жаль. Правда, я быстро забыл об этой ерунде. Над ухом выругался Санжай. Вздрогнул и окаменел Юрка.

А я наконец-то увидел того, кто смотрит.

Глава 29

На холмике Генкиной могилы восседал большой гуттаперчевый пупс. Тот самый из заброшенного шахтерского поселка.

Сидел и смотрел. Тут Ната ничуть не соврала. Правда вместо глаз у дьявольской куклы были черные дыры. Такие же, как у мертвого Генки на берегу.

— Сидит и смотрит, — внятно повторил слова девчонок Санжай.

Я увидел, как он передернулся. Зрелище было воистину сюрреалистическим.

— Что это? — дрожащим голосом спросил Эдик.

— Последнее предупреждение Хозяина, — Колька отвернулся от мерзкой картины и оттянул пальцами ворот рубахи. Был он бледен. — Хозяин не станет больше ждать.

— А… — Я толком не знал, что хочу сказать.

— Откуда это взялось здесь? — Эдик даже стал немного заикаться.

— Не знаю, — прошептал Тоха, — наверное, пришел сюда из тайги.

— Хватит! — совсем по бабьи взвизгнул Юрка. — Хватит пугать!

Он обернулся ко мне. Губы Мишкиного друга побелели от злости. Глаза стали бешенными.

— Это ты! — Юрка внезапно бросился ко мне с кулаками, опрокинул и повалил на землю.

Он оказался неожиданно сильным, вертким. Я никак не мог сбросить его с себя. Лишь едва успевал уклонятся от костистых кулаков, закрывая лицо ладонями.

— Это ты, — твердил он, нанося удар за ударом, непременно норовя попасть в глаз, — ты, гад. Решил отомстить Наташке за поцелуй, урод? Получи, скотина!

Колька подлетел к нему со спины, вцепился в ворот рубашки, дернул вверх, отшвырнул к деревьям, встал между нами и взревел:

— Совсем сдурел? Он даже не ходил сюда! Мы с ним весь день были вместе! И вещи его ты тысячу раз проверял! Не было там этой дряни.

Я сел, пытаясь ощупать лицо. Проверил языком зубы. Похоже, все было цело. Только ладони болели, да саднила скула.

— А кто тогда? — Юрка сник, привалился спиной к стволу. — Кто?

— Откуда я знаю, — зло бросил Колька.