…Магнус уехал…
…потому что надеялся собрать достаточно доказательств, чтобы сместить Кормака. Это именно та приманка, перед которой дядя не устоял. А Урфин вынужден был думать о том, как защитить Тиссу, и оказался вне игры. Впрочем, как и я. Хотя у меня для таких игр ума не хватает. Но в итоге ни дяди, ни Урфина нет, а Макферсон мертв. Его люди перейдут под крыло сильнейшего, и вряд ли они посчитают сильнейшим меня.
…а дальше что?
…не знаю. Он лишил меня и друзей и союзников.
Осталась лишь я.
…именно поэтому мы уезжаем сейчас. И плевать, как это выглядит. Я не буду рисковать тобой.
Меня хотят убить? Как-то уже и не смешно… Ингрид имела тысячу возможностей меня убить, но не стала. А те покушения? Неужели всего-навсего забава? Способ выместить злость?
И те листовки, выходит, тоже…
…к листовкам у меня тоже есть вопросы. Не к исполнению, но к содержанию. Откуда вообще пришла эта идея? Ее поддерживают, но она родилась не здесь.
Есть многое другое, о чем я не знаю. Наверное, знать не хочу. И даже злюсь на Кайя за то, что не соврал. Мог бы сказать, что с Ингрид несчастный случай приключился. Внезапная болезнь. Или еще что-то, что позволило бы запомнить ее другом.
– Иза, не убить – использовать. – Кайя опускается на колени и берет меня за руки. Он горячий или это я настолько замерзла? – Иза, чтобы защитить тебя, я пойду на все. Кормак это знает.
Я тот ошейник, который заставит Кайя слушаться команд.
Не хочу!
Но кто меня спрашивает?
– Мне нужна одежда. И обувь тоже. Что еще взять?
Шерстяные чулки и штаны из плотной ткани. Вязаный свитер, колючий до невозможности, рубаха и меховой жилет. Высокие ботинки со шнуровкой, с которой вожусь слишком уж долго.
Куртка на волчьем меху. Плащ. Перчатки. И рукавицы. Шарф.
Во дворе – побег идет по правилам, тайным ходом, и свеча в руке вносит в происходящее ноту безумной романтики – ждет Сержант.
– Гору оседлал, – он хлопает по шее массивной кобылы меланхоличного вида, – Гнев заводным. В седельных – еда и одеяло. Продержусь столько, сколько смогу…
…он будет охранять наш покой. Мы скорбим. И не желаем никого видеть.
…потом будет погоня?
…нет. Потом им придется признать, что в мое отсутствие их полномочия не столь широки. И ждать возвращения.
Многие, полагаю, не дождутся. И вот совершенно их не жаль.
– Леди, берегите себя. – Это почти пожелание удачи. И я хочу ответить, но не знаю, что принято отвечать в подобных случаях. Кайя же легко забрасывает меня на спину Горы. И сам взлетает в седло.
– Удобно?
Вполне. И надежно – Кайя обнимает меня и укрывает плащом. Гора ступает мягко и бесшумно почти. Есть в ее движениях что-то кошачье.
– Мы кота забыли.
Как-то нехорошо…
– Сержант присмотрит за ним. За всеми присмотрит.
На мосту Гора переходит на рысь, и гулкие удары копыт съедает эхо.






