ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Всё же Макс успел. Русско-японская война началась так же, как и в реальности, советы и информация не помогли. Однако благодаря Максу дальше история повернула немного в другую сторону. Но в войну решила вмешаться третья сторона, и делает это, как всегда, нагло и цинично. © Поселягин В.Г., 2017 © Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2017 © «Центрполиграф», 2017 Порт Владивосток. Офицерская палата военного госпиталя Полтора месяца спустя. 6 мая. Полдень Открыв глаза, я медленно, с некоторым трудом повёл ими из стороны в сторону, – была сильная слабость после долгой болезни, – поворачивая голову. Больничная палата. Чёрт, как же я так опять, а? Сидевшая рядом сестра милосердия, заметив, что я очнулся, оживилась и, дав мне напиться, выбежала из палаты. А через час, в который я прокручивал перипетии последних сражений, когда после купания в ледяной воде – минировать английский броненосец пришлось лично – меня свалила горячка простуды, двери вдруг распахнулись и широким шагом в палату вошёл адмирал Макаров, свита, видимо, осталась снаружи, а за ним…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

После осмотра всех судов моряки признали годными всего семнадцать из них для оснащения под вспомогательные крейсера.

Ладно, это их дела, прибудут к берегам Африки, и пока пехота с артиллеристами и казаками, у которых была всего сотня лошадей, проводят тренировки, флот модернизирует семнадцать отобранных судов и начнёт манёвры для набора опыта совместного похода и взаимодействия. На всё про всё я давал не больше месяца. Последние добровольцы уже должны были покинуть Россию и отравиться к нам, в Брест. Их вёл полковник Добровольский, его уже назначили начальником разведки, даже отдел в штабе корпуса организовали и, более того, выделили полуроту для формирования подразделения пешей разведки.

Перед уходом каравана с командующими я, вернее, мои люди из компаний, успели оформить всех добровольцев в охрану. Так что по спискам у нас проходили все. Никто не прицепится, что с нами варяги воюют. Если что, добровольцы официально числятся в списках сотрудников компаний, так что они отстаивают честь и желают отомстить вероломным японцам за незаконный арест нашего судна в их порту. Не подкопаешься. Было для меня немного странным поведение Франции и Англии – на ноты послов Японии они реагировали, однако демонстративно держали выжидательную позицию, с пристальным интересом наблюдая за сборами корпуса и флота. Палки в колёса, конечно, вставляли, поначалу ещё как, но после моего прибытия прекратили. Ещё бы, если исполнители мрут как мухи, кто же решится продолжать работу против нас. Пытались эти трупы на нас повесить, да куда там, свидетелей нет, и всё тут.

Полностью переложив работы по подготовке на начальников штабов, я с головой углубился в свою подготовку. Достройка первого авианосца в этом мире шла к завершению, я часто пропадал в доке Бреста, куда был поставлен на модернизацию выкупленный моими директорами у прошлых хозяев самый крупный и скоростной пароход американской постройки, да ещё радиофицированный, но результатами был доволен. Фактически французские инженеры его разбирали. Работали аврально, но качественно, через три недели должны завершить. Теперь рубка и две трубы сместились к правому борту, а по всей длине был деревянный настил лётной палубы. Такую же палубу плотники сколотили на аэродроме, и двадцать шесть лётчиков-добровольцев учились взлетать с неё с грузом и совершать посадку, как с грузом, так и без. Тренировки, на которых мы разбили три самолёта, показали, что садиться нужно только пустыми, так что бомбы должны сбрасываться в воду или на цель. В такие тренировки и писались инструкции для будущих лётчиков морской авиации.

Техподразделение я также формировал, возглавит его инженер Перье. Почти сотня техников, оружейников и ремонтников собиралась.