Единственным источником света позади нас было нечто, валяющееся прямо на дороге и горящее трепещущими языками пламени. В этом нечто отчетливо угадывался силуэт человека. И мне хотелось надеяться, что мы глядим не на погибшего Кальтера, в то время как сам Отшельник вылетел из тоннеля и подкарауливает нас где-то снаружи.
– Стой! – скомандовал я Бледному, когда до горящего тела оставалось несколько метров. «Урал», чьи колеса также дымились (но не горели, и то ладно), скрипнул тормозами и замер на месте, перегородив проезд. Впрочем, машин позади нас пока не наблюдалось, да и мы не собирались здесь надолго задерживаться.
Схватив фонари, мы выскочили из машины и осветили лежащее на дороге тело. Или не тело? Очертания у него и впрямь были человеческие. Но само оно выглядело не обугленным, а желеобразным, как медуза. Огонь, казалось, исходил прямо изнутри этого существа. Единственным не горящим участком на нем был маленький квадратик со сглаженными углами – нечто вроде темного пятнышка на солнце. И форма, и размеры этого пятнышка напоминали пакаль.
– Ну чего встали?! – донесся из темноты громкий голос, и лучи наших фонарей устремились в ту сторону. – Кого ждете, черт побери?! Вперед, за дело – время дорого!..
Кальтер был жив и вроде бы не пострадал, но его закопченное одеяние дымилось. Отбросив гермошлем, он прямо на ходу начал расстегивать замки на скафандре и в итоге снял его еще до того, как приблизился к нам. После чего остался в одной пожарной форме – такой же, какую носили мы.
Как выяснилось чуть погодя, Безликий углубился в тоннель примерно на треть, а потом вскарабкался на разделительную решетку и прицепил себя к ней за пояс альпинистским карабином. Короче говоря, занял самую выгодную позицию для стрельбы пакалем и освободил руки. Разбив две ближайшие лампы, Кальтер спрятался в тени, чтобы не бросаться в глаза водителям проезжающих под ним автомобилей. Вроде бы получилось. По крайней мере, ни одна машина из тех, что пронеслись по тоннелю за последующую четверть часа, не остановилась и даже не притормозила.
Услыхав пожарную сирену и увидев вдали красные и синие проблески, Кальтер выбросил респиратор и нацепил гермошлем. А когда заметил Отшельника, опустил вдобавок на стекло шлема светозащитный фильтр. Даже издали «сожравший» ракету плазмодемон слепил глаза. Что же будет, когда он ворвется в тоннель? А ведь Кальтеру нельзя стрелять наугад – ему нужно видеть летящего противника как можно более отчетливо.
Не вспомни Безликий о светофильтре, он, скорее всего, провалил бы миссию, поскольку не разглядел бы при такой яркости даже свой протез, не говоря об Отшельнике. Но в затемненном стекле его силуэт просматривался замечательно.






