ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Военная сага Степана Алексеева, старшего лейтенанта морпехов, длится. 1943-й, и вот он уже на плацдарме «Малая земля». Морпех-2 Олег Таругин Военная сага Степана Алексеева, старшего лейтенанта морпехов, длится. 1943-й, и вот он уже на плацдарме «Малая земля». ==================== Пролог Пролог Новороссийск, наши дни — Тебя тоже Егорыч ни с того, ни с сего вызвонил? — поздоровавшись с товарищем, осведомился Лешка Семенов. — Ну, да, иначе с чего б я в выходной сюда приперся, — пожал плечами Ерасов, с сомнением оглядев запертую дверь штаба поискового отряда. — Не знаешь, что случилось? — Без понятия, Серег. Торжественное захоронение давно прошло, на коп вроде бы не собираемся, разве что кто из пацанов частным порядком на разведку рванет, лето же… короче, не в курсе. Еще и опаздывает. — Командир не опаздывает, командир задерживается, причем исключительно по уважительной причине! — внезапно раздавшийся за спинами поисковиков голос заставил обоих вздрогнуть. Несмотря на возраст, Виктор Егорович всегда подходил абсолютно бесшумно — сказывались два проведенных «за речкой» срока. А ведь вроде бы обычным сапером был… или все-таки не обычным? Про это Егорыч никогда не рассказывал — как, впрочем, и про остальные свои афганские приключения. А если напрямую спрашивали — только отмалчивался или парой-другой фраз уводил разговор в сторону… — Гадаете, зачем звал? — пожав ребятам руки, осведомился тот. — Есть причина, есть. Вот только поговорить о ней могу исключительно с вами, остальные, боюс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Все произошло настолько быстро, что Степан даже не успел доложиться кап-три Кузьмину — разве что с Аникеевым и Левчуком удалось попрощаться. Прямо там, на узком и каменистом берегу, освещаемом резким химическим светом запускаемых фрицами ракет.

Вот только прощание вышло каким-то… странным, что ли? Нет, не с Ванькой, которому Степан просто сунул в руки трофейный пистолетик, напутствовав насчет подарка медсестричке, и порывисто обняв напоследок — со старшиной.

Обождав, пока Аникеев отойдет подальше, Левчук неожиданно негромко спросил:

— Слушай-ка, старшой, тут такое дело… Нет, можешь не отвечать понятно, но все одно спрошу: ты все ж таки откуда? Столько времени бок о бок провоевали, уж сто раз погибнуть могли. Кто его там знает, свидимся ли еще. Или снова смолчишь?

— Не смолчу, Ильич, — задумавшись лишь на пару мгновений, принял решение Алексеев. Да и врать — точнее, постоянно что-то недоговаривать — надоело аж до… сильно, короче, надоело. А что на подобную откровенность кое-кто, не станем конкретизировать, может косо поглядеть? Да и фиг с ним, старшина зря болтать не станет, не тот человек.

И потому старший лейтенант заговорил — торопливо, спеша уложиться в те несколько десятков секунд, что у них еще оставались:

— Понимай мои слова, как хочешь, но я не отсюда, не из этого времени. Из будущего я. Между моим временем и сорок третьим почти восемьдесят лет. Учения у нас были, примерно на траверзе Южной Озерейки. Ну, или Озереевки, как ее в будущем называть станут. Высаживались на плавающих бронетранспортерах с борта десантного корабля. Штормило в тот день сильно, плюс мехвод мой сплоховал. Короче, движок волной захлестнуло, тонуть начали. Я пацанов своих вплавь отправил, там до берега-то всего ничего оставалось, а сам задержался случайно — рукавом за крюк на башне зацепился. Бэтэр погружаться стал, и меня следом потащил. Пока куртку… ну, бушлат скидывал, автомат потерял и сам едва не утоп. Вынырнул — а вокруг ночь, хоть только что белый день был, трассеры летают, стрельба, взрывы. Последнее, что помню — рвануло неподалеку, хорошо, рукой за спасательный круг уцепиться успел. Ну, а дальше ты лучше меня знаешь…

Левчук молчал, чуть приоткрыв рот, и ошарашено хлопая глазами.

И Степан неожиданно понял, что, очень на то похоже, только что совершил свою самую большую ошибку в этом времени. Ведь, спрашивая, откуда он, старшина наверняка имел в виду спецслужбу, к которой он принадлежит! И абсолютно точно ожидал услышать нечто вроде «военная разведка», «госбезопасность» или «разведка ВМФ»! Вот это он прокололся напоследок, блин и еще сто раз блин…

Но отступать было поздно (старшина по-прежнему молчал), и Степан продолжил:

— Короче, Семен Ильич, с этой секунды можешь про меня думать, что хочешь.