ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ангола осталась позади, до возвращения — последний шаг. Но сперва ждёт задание, где риск смертелен, выбор мучителен, а итогом станет проверка, после которой можно отправляться домой. Это продолжение «Работы над ошибками». Искупление Андрей Панченко Ангола осталась позади, до возвращения — последний шаг. Но сперва ждёт задание, где риск смертелен, выбор мучителен, а итогом станет проверка, после которой можно отправляться домой. Это продолжение «Работы над ошибками». ==================== Глава 1 Глава 1 На пятый или шестой день, когда температура впервые почти сутки держалась ниже тридцати восьми и мне разрешили ненадолго садиться в постели, в палату вошли трое. Двое были в обычной полевой форме без видимых знаков различия, третий — в лёгком гражданском костюме, совершенно не подходившем для луандской жары. Старший, сухой мужчина лет сорока пяти с коротко остриженными седыми висками, остановился возле кровати и достал из нагрудного кармана удостоверение. — Подполковник Климов, Особый отдел аппарата Главного военного советника. Удостоверение он раскрыл всего на несколько секунд, однако мне хватило времени разглядеть фотографию, фамилию и красную печать. Он указал на второго военного, оставшегося у двери. — Капитан Серов. Затем повернулся к человеку в костюме. — Майор юстиции Лебедев, военная прокуратура. Лебедев положил на прикроватную тумбочку тонкую папку, вынул блокнот и сел на второй стул. Климов придвинул к кровати первый. Медсестра, которая как раз меняла флакон с раствор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Мне обещали другое. Мне обещали, что после выполнения задания мне вернут моё честное имя, и уволят в запас, чтобы больше никогда про меня не вспомнить.

— Ваше задание ещё не закончилось Серёгин. Вы продолжаете его выполнять. Более того, вы так же зачислены в штат ГРУ, как штатный сотрудник. Вы до сих пор под прикрытием. У вас будет идти выслуга, вам будут присваиваться очередные звания, и в запас вы не уйдёте, пока ситуация с Анголой официально не разрешиться. Вы на службе, старший лейтенант.

Я кивнул. Почему-то именно это оказалось последней каплей. Не десять дней в буше, голод, жажда, погоня, во время которой я несколько раз совершенно серьёзно прощался с жизнью. Даже не воспалившаяся рука, которую в госпитале потом резали и чистили без особой уверенности, что удастся обойтись без серьёзных последствий.

Лефортово. Снова камера, снова железная койка, закрытая дверь. Снова шаги в коридоре и окошко, которое открывается неожиданно в любое время суток. И самое главное — снова полная неизвестность.

Я посмотрел на Золотую Звезду в ладони. Маленький кусок золота. Герой Советского Союза. Надо же. Когда-то, ещё пацаном, я был уверен, что человеку, получившему такую звезду, уже больше ничего от жизни не надо. Его фотографию печатают в газетах, школьники приглашают на встречи, а на парадах он сидит где-нибудь на почётной трибуне. Мне её дали подержать пять минут. Потом заберут. А меня отвезут обратно в тюрьму.

Я неожиданно усмехнулся.

— Что-то смешное? — спросил кадровик.

— Да так.

Я поднял Звезду двумя пальцами.

— Интересная у нас система награждения получилась. Вручили и сразу отобрали.

Кадровик поджал губы. Михайлов ответил спокойно:

— У вас её никто не отбирает.

— А что делают?

— Передают на хранение.

— Мне от этого значительно легче.

Язов нахмурился.

— Старлей, хватит.

Я посмотрел на министра.

— Виноват, товарищ министр обороны.

Сказал правильно, по уставу. Только голос прозвучал совсем не по-уставному. Михайлов положил ладонь на папку.

— Сергей, поймите одну вещь. Операция не закончена в тот момент, когда вы перешли линию фронта. Сейчас вокруг вашего исчезновения создана определённая информационная картина. ЮАР и УНИТА считает вас перебежчиком, которого случайно захватили и вывезли в СССР. Ваш уникальный забег по бушу считают действием групп глубинной разведки кубинских коммандос. Ну не мог один человек такого сотворить, это попросту почти невозможно. Что-то за гранью фантастики. Западные спецслужбы пытаются разобраться, что произошло. Если завтра Советский Союз официально объявит вас Героем, вся легенда рассыплется.

— Мне уже без разницы, что там думает УНИТА.

— А государству не без разницы. Официально советские советники в военных действиях в Анголе не участвуют.