ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Миренор задыхается под парадной белизной своих дворцов, а Ноктарион спокойно плетёт свою паутину, пока придворные уверяют всех, что это не смрад разложения, а благородный дух старины. Айман Калнартирион полагал, что держит под контролем всё: и монарха, и канцлера, и Совет, и интриги знатных особ, и их секреты, и свои порывы. Последнее, как оказалось, было его главной ошибкой. Айрис выглядела образцовой преемницей: молода, красива, воспитана и так одинока, что её легко можно было использовать в чужой игре. У героини имелись свои соображения: тайные счета, острые зубы, а ещё дар одним невинным взглядом устраивать политическую катастрофу. Вместо покладистой фигуры в чужой игре Айман получает змею в кружевах — с безупречной осанкой и такой бухгалтерией, что следователи схватились бы за голову. И всё чаще ему кажется, что не он ведёт партию, а его самого водят за нос. А судя по тому, куда ведут, порядочные люди туда без брачного договора не заглядывают. Теперь им предстоит одновременно и враждовать, и действовать заодно. Под вопросом — престол, наследие, грядущее Миренора и крупицы рассудка, который при дворе давно стал редкостью, как диковинный товар, ввозимый без всяких гарантий. 18+. Внутри — ядовитые отношения, борьба за власть, жестокость, шантаж, политические расправы, откровенные сцены и персонажи, которым уже не поможет психотерапевт, но, возможно, пригодится следователь. Все герои и участники любовных линий — взрослые. Это существенно: в остальном их поведение говорит, чт

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Мы подготовили указ о централизации торговли, — вклинился Мардон. — Любая сделка с Зиратом или Каланнисом идёт только через Королевскую палату. Иначе порты станут государством в государстве, а столица — лишь украшением на печати.

Слово «контроль» не прозвучало, но именно оно повисло в зале тяжёлым осадком. В Миреноре любили не произносить неприличные слова. «Грабёж» называли фискальной необходимостью, «предательство» было гибкой дипломатией, «паника» скрывалась за «своевременным реагированием». Айман всегда ценил языковую гимнастику: государство падало в пропасть, зато с хорошей дикцией.

— Поздняя мера, — Альверон сжал кулак. — Нимбрас пытается стать более автономным, путая свободу с правом на грабёж. Но вольность мы больше оплачивать не можем.

Казначей молча придвинул список убытков. Король даже не взглянул. Мардон же, почуяв кровь, заговорил быстрее:

— Безопасность начинается с ведомостей. Кто, с кем и за сколько, всё должно быть в записях. Один процесс, пара конфискаций и линия выровнена. Страх куда долговечнее крови.

— Порты не гарнизоны, — отрезал адмирал, чьим голосом можно было рубить канаты. — С ними торгуются. Попробуете вывернуть им руки и получите бунт на Южном флоте.

Мардон повернул к нему взгляд, и в комнате ощутимо похолодало. Старость канцлера не мешала ему быть ядовитым:

— Юг слишком долго забывал, кто здесь хозяин. Напомнить не грех, а обязанность. Отнимем игрушку и получим письмо с покаянием. Отнимем честь, получим тишину. В обоих случаях результат один: порядок.

Айман не вмешивался. Идея указа принадлежала ему. Она возникла вовремя, была скормлена Мардону и оформлена как чужая инициатива, потому что в Миреноре любое полезное решение вызывало меньше сопротивления, если его произносил человек, которому потом можно было приписать ошибку. Формулировки текли плавно, но несли вес арматуры. Порты будут задыхаться не от конфликтов, а от регламентов. Никакой крови, только порядок. В известном смысле это было милосердие. Если не считать того, что медленное удушение редко воспринимается жертвой как акт гуманизма.

Прибрежные княжества: Нимбрас, Эрданнис и Калаверн привыкли воображать себя наследниками Талассара, а не провинциями. Теперь их начнут душить там, где не видно. Пока герцог Нимбраса, Валмирос Сарнарион, оставался весомым, Юг держался. Но его наследники, Валденн и прочие, станут идеальными точками разлома. Не политикой, так товарооборотом. Указ даст старт, а остальное доделает второй уровень: тихий, прочный и достаточно скучный, чтобы его не заметили до момента, когда уже поздно.

Через Калирона Калнартириона, своего тестя, сухого интригана старой выучки, Айман выстраивал сеть. Калирон управлял Кантилэрном и опекал Эреннэлд, провинцию Айрис.