Мать очень странно переменилась, и я никак не мог придумать, что за привидение должно явиться, чтобы она так странно смотрела абсолютно серьезными глазами и улыбалась — тревожно, одним уголком рта.
Я разулся и поспешил на кухню. За столом, заставленным нехитрой закуской, сидел невысокий, но крепкий и поджарый мужчина. Глаза вдумчивые и уставшие. Я замер, раскрыв рот. В первое мгновение не смог ничего сказать… Почему-то я сразу узнал его. Он улыбнулся и встал мне навстречу, распахивая объятия:
— Ну, здравствуй, сынок…
КОНЕЦ ТРЕТЬЕГО ТОМА.
----------






