ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Советский Союз, 1986 год, скоро грянет перестройка. Андрей Петров, которого выпестовала следственная группа под началом Горохова, стал непревзойденным искателем серийных маньяков. Ему достается новое темное дело, но сам Горохов к тому времени уже на заслуженном отдыхе. Курсант 9 Рафаэль Дамиров Советский Союз, 1986 год, скоро грянет перестройка. Андрей Петров, которого выпестовала следственная группа под началом Горохова, стал непревзойденным искателем серийных маньяков. Ему достается новое темное дело, но сам Горохов к тому времени уже на заслуженном отдыхе. ==================== Глава 1 Глава 1 Год спустя, Москва, июнь 1986-го Подмосковный дачный поселок на Рублево-Успенском шоссе дышал свежестью после летнего дождика. Здесь пока еще не обосновались олигархи и депутаты, хотя некоторые дачки не уступали по фешенебельности коттеджам будущего. Строились, однако, они на государственные деньги и выдавались партийцам, артистам, выдающимся спортсменам и прочим деятелям искусства. Моя «Волга» остановилась возле неприметного домика, который резко контрастировал с солидными строениями-соседями. — Хозяева! — я заглянул во двор через низкий заборчик. — Есть кто дома? На огороде ковырялась средних лет женщина с узлом волос на макушке, увидев меня, он вытерла руки о передник: — Андрей! Это ты? — Он самый, — я распахнул калитку и вошел. — Привет, Лен, а где муж? — Привет! Давно тебя не видела. Со свадьбы еще своей, наверное. Никита на речке, рыбу удит. Должен уже вернуться. Утренний клев д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ну, Щукин сын, что же он молодой жене не мог халат нормальный купить? Таскался по бабам, а до жены, видно, дела никакого не было.

— Здравствуйте, — я показал ксиву, — мы из милиции, по поводу убийства вашего мужа.

Мы вошли внутрь и остановились в прихожей.

— Вы их нашли? — в красных глазах девушки вдруг блеснул гнев, а кулачки ее сжались.

Неужели это в жажде мести она не спала по ночам, да у двери караулила?

— Нет, — замотал я головой, опустив глаза. Но выдерживать паузы тоже не мог, слова рвались сами, спасибо еще, что на подкорку они уже вбиты в вежливо-казенной, уставной, так сказать, форме: — Скажите, у вас дача есть?

— При чем здесь это?

— Это важно. Ответьте, пожалуйста на вопрос.

— Есть… Я там редко бывала, но муж частенько туда уезжал в баню. Не люблю я баню, и жару не люблю…

— Скажите адрес.

— Не понимаю, при чем здесь дача? Вы…

Вдова, кажется, собиралась выплеснуть все муки горестного ожидания прямо на нас. К черту.

— Адрес! — уже раздраженно рявкнул я.

— Улица Зеленая, участок тринадцать, — пробормотала женщина.

— Общество «Колос»?

— Ну да…

— Спасибо большое, вы нам очень помогли. Да! Заприте дверь и никого не впускайте.

— Вы, что, думаете, на даче может прятаться убийца моего мужа? — уже вдогонку выкрикнула нам вдова.

— Не могу пока вам сказать, — отмахнулся я, торопясь вниз. — Необходимо отработать.

— Но там только Дюша частенько ночевал, и всё!

Я резко остановился на ступеньках, а Жмых врезался в мою спину, ткнув меня носом в затылок, и тихо заскулил.

Спасибо, не посыпались до низу пролёта.

— Дюша? — я спешно поднялся обратно на площадку. — Какой это Дюша?

— Ну… Брат мужа, двоюродный.

— Они часто общались?

Я не стал подходить ближе к двери, встал так, чтобы голос не раздавался на весь подъезд, но давая понять — дело спешное, надо бежать.

И если бы она только знала, насколько.

— Не сказать, что часто, — уже гораздо спокойнее ответила по-прежнему озадаченная Щукина. — Но Дюша, бывало, брал у мужа машину зачем-то. Я все удивлялась, зачем ему машина, ее же заправлять нужно, а тут на автобусе за копейки проехать можно.

— «Восьмерку»?

— Да… Потом мужу надоело, что Дюша к нам приходил за ключами, и он сделал ему экземпляр. От машины и гаража. Сам-то он частенько на служебной ездил. А Пичугин пользовался и гаражом, и машиной. Родственник же.

Я кивнул — резко, нетерпеливо, отметая все возможные уточнения.

— Кто еще имел доступ в гараж?

— Никто…

— Точно?

— Во всяком случае, Макар мне ничего не говорил. Вы знаете, они, конечно, братья, но… Я всегда удивлялась.

Щукина переступила с ноги на ногу, но всё-таки торопить ее не потребовалось, договорила сама:

— Берег он свою машину, пылинки с нее сдувал, а вот почему Пичугину ее доверял, сама не пойму — ну, он же лопушок, неряха.