Ну, Щукин сын, что же он молодой жене не мог халат нормальный купить? Таскался по бабам, а до жены, видно, дела никакого не было.
— Здравствуйте, — я показал ксиву, — мы из милиции, по поводу убийства вашего мужа.
Мы вошли внутрь и остановились в прихожей.
— Вы их нашли? — в красных глазах девушки вдруг блеснул гнев, а кулачки ее сжались.
Неужели это в жажде мести она не спала по ночам, да у двери караулила?
— Нет, — замотал я головой, опустив глаза. Но выдерживать паузы тоже не мог, слова рвались сами, спасибо еще, что на подкорку они уже вбиты в вежливо-казенной, уставной, так сказать, форме: — Скажите, у вас дача есть?
— При чем здесь это?
— Это важно. Ответьте, пожалуйста на вопрос.
— Есть… Я там редко бывала, но муж частенько туда уезжал в баню. Не люблю я баню, и жару не люблю…
— Скажите адрес.
— Не понимаю, при чем здесь дача? Вы…
Вдова, кажется, собиралась выплеснуть все муки горестного ожидания прямо на нас. К черту.
— Адрес! — уже раздраженно рявкнул я.
— Улица Зеленая, участок тринадцать, — пробормотала женщина.
— Общество «Колос»?
— Ну да…
— Спасибо большое, вы нам очень помогли. Да! Заприте дверь и никого не впускайте.
— Вы, что, думаете, на даче может прятаться убийца моего мужа? — уже вдогонку выкрикнула нам вдова.
— Не могу пока вам сказать, — отмахнулся я, торопясь вниз. — Необходимо отработать.
— Но там только Дюша частенько ночевал, и всё!
Я резко остановился на ступеньках, а Жмых врезался в мою спину, ткнув меня носом в затылок, и тихо заскулил.
Спасибо, не посыпались до низу пролёта.
— Дюша? — я спешно поднялся обратно на площадку. — Какой это Дюша?
— Ну… Брат мужа, двоюродный.
— Они часто общались?
Я не стал подходить ближе к двери, встал так, чтобы голос не раздавался на весь подъезд, но давая понять — дело спешное, надо бежать.
И если бы она только знала, насколько.
— Не сказать, что часто, — уже гораздо спокойнее ответила по-прежнему озадаченная Щукина. — Но Дюша, бывало, брал у мужа машину зачем-то. Я все удивлялась, зачем ему машина, ее же заправлять нужно, а тут на автобусе за копейки проехать можно.
— «Восьмерку»?
— Да… Потом мужу надоело, что Дюша к нам приходил за ключами, и он сделал ему экземпляр. От машины и гаража. Сам-то он частенько на служебной ездил. А Пичугин пользовался и гаражом, и машиной. Родственник же.
Я кивнул — резко, нетерпеливо, отметая все возможные уточнения.
— Кто еще имел доступ в гараж?
— Никто…
— Точно?
— Во всяком случае, Макар мне ничего не говорил. Вы знаете, они, конечно, братья, но… Я всегда удивлялась.
Щукина переступила с ноги на ногу, но всё-таки торопить ее не потребовалось, договорила сама:
— Берег он свою машину, пылинки с нее сдувал, а вот почему Пичугину ее доверял, сама не пойму — ну, он же лопушок, неряха.






