— Не признал, это самое… Виноват.
Наша московская группа не числилась прикомандированной к органу милиции, мы были сами по себе. Но в приказе об откомандировании значилось, что местные обязаны оказывать нам всяческое содействие и выполнять поручения руководителя группы, то есть Горохова, в рамках расследуемого нами дела. Вряд ли дежурный знал о таких тонкостях, но для него, как для обычного летёхи, любой москвич в погонах казался начальником. Ведь из белокаменной приезжают только с проверками.
— Пока нечего докладывать… Товарищ капитан, работаем, — мямлил дежурный. — Утром поднимем народную дружину, на предприятия уже сообщили, это самое, чтобы выделили нам в помощь людей. Город прочесываем. Лично начальник уголовного розыска выехал по адресам.
— По каким адресам? — нахмурился я.
— По представляющим оперативный интерес, — многозначительно хмыкнул усатый. — Они мне позже справкой потом выведут результаты проделанной работы, я к материалу подколю, посмотрите… Это самое. Работаем, вот…
— Работайте, — кивнул я и по-хозяйски уселся на место помощника дежурного возле пишущей машинки, которого почему-то в этот момент не было в «аквариуме». — Дай-ка мне, любезный, адресную книгу личного состава УВД.
— Ага, сейчас, — лейтенант протянул мне с полки пухлую пачку с растрепанными на краях листами.
Серые листы пробиты дыроколом и скреплены на замусоленный картонный скоросшиватель. Я пролистал отдел участковых, уголовный розыск, канцелярию, штаб, кадры и, наконец, наткнулся на список личного состава отдела БХСС. Провел пальцем по строкам и остановился на нужной. Ага… Старший лейтенант Щукин. Адрес его запомнил, не записывая. Извините, Никита Егорович, но придется потревожить вдову. Не могу до утра я ждать…
Вышел из дежурки и, обернувшись через плечо, грозно буркнул:
— Если что-то изменится, отзвонитесь начальнику межведомственной СОГ Горохову. Ясно?
— Так точно, товарищ капитан, — покорно колыхнул усами дежурный.
----------
Глава 21
Глава 21
Я вышел из дежурной части и на крыльце нос к носу столкнулся с Васей.
— Ядрён-пистон! — воскликнул опер и еле успел затормозить, чтобы не врезаться прямо в меня. — Куда прёшь, Андрюха? Напугал…
— Работаю, — буркнул я, одарив его осуждающим взглядом. — Представляешь? В отличие от некоторых.
— А я виноват, что у меня больничный приключился? — тот виновато пожал плечами и даже кепку снял, будто покаяться собирался. — С кем не бывает?
— Я до тридцати лет вообще на больничные не ходил. И ничего.
— Так тебе же двадцать пять, вроде, всего, — Жмых недоуменно пригладил свалявшиеся от подушки вихры, видно, разбудили его совсем недавно.
— Двадцать шесть, вообще-то, — спохватился я, поняв, что с тридцаткой это я загнул.






