Утром следующего дня князь напросился на прием у полкового командира. Рассказал ему вызове.
— Чем вам не угодил изобретатель? — удивился командир. — Да еще Георгиевский кавалер. Объяснитесь!
— Кошкин соблазнил мою невесту, — соврал Вяземский. — Подробности, позвольте, опущу.
— Веская причина, — согласился командир. — Ладно, посоветуюсь.
Он собрал старших офицеров. Совещание не затянулось.
— Препятствий тут не вижу, — сказал командир первой роты, известный в прошлом дуэлянт. — Штабс-капитан Кошкин пожалован государем в Георгиевские кавалеры. Следовательно, получил право на следующий чин. То, что доселе не истребовал, дела не меняет. Фактически Кошкин капитан, то есть старший офицер. Предлагаю разрешить князю поединок.
Остальные согласились. Адъютант командира полка написал бумагу, полковник подписал и поставил печать. Вручил ее князю.
— Мне не нравится эта история, — сообщил подчиненным, когда тот ушел. — Князь молод и горяч, хоть в своем праве. Кошкина он убьет, что не добавит к нам любви в обществе. Георгиевский кавалер, герой сражения на границе… Нужно будет проследить за дуэлью, чтоб никто не смог упрекнуть нас в нарушении правил. Кому поручим?
— Я возьмусь, — сказал начальник штаба.
— Поезжайте, Владимир Кириллович, — согласился полковник. — Как закончится — сразу на доклад. Я хочу знать подробности…
* * *
От Невы дул пронзительный ветер. Порывами налетал дождь — мелкий и противный. Типичная петербургская погода. И местечко унылое — кочковатое поле в окружении невысоких кустов. Сюда они ехали долго. Противная сторона сообщила, что здесь проходят дуэли Осененных. До города далеко, ближайших деревень — тоже. Никто не пострадает в случае чего.
С козырька фуражки капли срывались на мундир. Скоро весь промокнет. Федор сморщился и посмотрел на секундантов — своих и противника. Они, встав друг против друга, что-то обсуждали. Сколько еще ждать? Наконец, офицеры разошлись, секунданты направились к дуэлянтам.
— Что так долго? — спросил Федор подошедших капитанов.
— Рассказали им об истинной причине, — сообщил Куликов. — Кто таков на деле этот Вяземский, и как он поступил с твоей невестой. Я хотел предотвратить дуэль.
— Получилось? — усмехнулся Федор.
— Они нам не поверили, — покрутил головой Рогов. — Граф Васильчиков заявил, что это ложь.
— Значит, будет следующим, — хмыкнул Федор. — Разрешения ему не надо — подпоручик. Юлия Сергеевна о нем тоже написала. Он просил князя передать ее ему, когда Вяземскому надоест.
— Вот же гнида! — выругался Рогов.
— Федор! — Куликов посмотрел на друга. — Ты уверен?
— Не печальтесь, Николай Егорович! — улыбнулся Кошкин. — Я не собираюсь умирать. Начинайте!
Друзья по очереди пожали ему руку и пошли к стоявшему в стороне гвардейскому капитану.






