ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

1911-й. Российская империя, но не та, что мы знаем: на троне царь Георгий, а его гвардейцы — Осененные, как тут величают магов. В этой империи живёт токарь Федор, простой мастеровой. Дело своё он знает, получает прилично и судьбой доволен. Но однажды случается нечто из ряда вон: в Федора вселяется душа, что не нашла покоя. И с этого дня меняется его жизнь, а следом — и он сам. На обложке — картина И.И. Тартаковского «У станка». Мастеровой Анатолий Дроздов 1911-й. Российская империя, но не та, что мы знаем: на троне царь Георгий, а его гвардейцы — Осененные, как тут величают магов. В этой империи живёт токарь Федор, простой мастеровой. Дело своё он знает, получает прилично и судьбой доволен. Но однажды случается нечто из ряда вон: в Федора вселяется душа, что не нашла покоя. И с этого дня меняется его жизнь, а следом — и он сам. На обложке — картина И.И. Тартаковского «У станка». ==================== Глава 1 Глава 1 1. Федор подвел резец к гильзе, закрепленной в шпиндельной головке, и нажал на рукоять подачи суппорта. Острая сталь врезалась в чугун, посыпалась мелкая стружка. Резец постепенно скрывался внутри детали, звон металла сменился гудением. По мере продвижения фартука звук становился глуше, пока, наконец, не исчез вовсе. Готово. Федор плавно закрутил рукоять обратно, дабы не оставить внутри гильзы следа от резца. Станок у него новый, не разбитый, но резец при работе отжимает. Он и каретка суппорта пружинят. Совсем чуть, но достаточно для оставления риски. Когда резец в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Запрещенные листки, что ли?

— Деньги, — пояснил Федор. — Тут недалече князей побили.

— Ну, а мы причем? — засопел Петька. — Вот же фараоны! Где князья, а где мы? Отбрехался?

— Да, — кивнул Федор.

— Надо это спрыснуть! — предложил Петька. — Васька сбегает. Только это… Одолжи полтину. У нас гривенник на двоих.

— Меньше баб водите! — буркнул Федор.

— Так получка завтра, — успокоил Петька. — Я отдам. Выпьем мировую, Федя?

— Не отказывай, — прозвучал голос в голове. — Пообщаюсь с пролетариатом.

— Хорошо, — кивнул Федор. — Но полтины будет мало. На, держи! — он достал из кошелька и протянул Петьке бумажный рубль. — Угощаю. Водку брать казенную, бутылки[4] хватит. На остаток — хлеб и колбаса.

— Спаси тебя Бог, Федя! — воскликнул Петька, схватил рубль и вскочил с койки. — Вместе с Васькой сбегаем. Подымайся, лежебока! — он толкнул товарища. — Федя угощает.

Пока они ходили, Федор принял душ и переоделся. Воротившиеся сожители принесли «красноголовку», хлеб и круг колбасы. Закуску разложили на оберточной бумаге. Федор сходил в душевую и помыл захватанные пальцами стаканы. Неприятно, да и проститутка пила, а она, может быть, заразная. Разлили, выпили, закусили. Завязалась беседа. Сожители стали вспоминать деревню — они были родом из Подмосковья, фабричное обучение, говорили о работе и начальстве. Федор откровенно скучал — слышал не раз. Угомонить бы болтунов, но вмешался Друг.

— Информация из первых уст — это очень важно, — сообщил Федору. — Ценный источник. Узнаёшь больше, чем из газет. Их мы тоже посмотрим, но потом. А пока слушай.

Федор не знал слова «информация», но по смыслу догадался. Потому сидел и кивал. Наконец все стали зевать и решили на боковую. Федор забежал в клозет, а затем сполоснул руки и рот под умывальником.

— Зубы не чистишь? — спросил Друг.

— Не приучен, — сказал Федор. — А нужно?

— Непременно, — укорил Друг. — Не то быстро потеряешь. А болят зубы так, что врагу не пожелаешь. У меня личные воспоминания почти не сохранилось, но вот это помню. У вас бормашины примитивные, обезболивающих нет, только морфий, а его лучше в пень. Пломбировочный материал — цемент. Остается драть. Удовольствие еще то. Будем чистить, научу как.

— Ладно, — согласился Федор.

— Знаешь, где ближайшая библиотека? — спросил Друг, когда Федор лежал под одеялом.

— Нет.

— Узнай. Только всех подряд не спрашивай — удивятся. Выходной у тебя в воскресенье?

— Да.

— Вот и навестим…

* * *

Библиотекарь изумленно смотрел на стоявшего перед ним мастерового. Одет в костюм и косоворотку, брюки заправлены в сапоги. На голове — кепка. Зайдя в помещение, посетитель ее снял и пригладил волосы ладонью. Стрижен, брит, выглядит опрятно, только что ему нужно? Это коммерческая библиотека.