Желваки его ходили ходуном, глаза горели от бешенства, но было видно, что он из-за всех сил пытается вернуть себе спокойствие и уверенность.
Более-менее выровняв дыхание, Юров произнес.
— Ты ведь, Чапыра, тоже пострадаешь. Журналисты, если начнут копать, то и про тебя все раскопают. А ты у нас далеко не примерный студент и комсомолец, — взгляд Юрова был угрожающим, слова он цедил.
— А мне, Федя, терять нечего, — усмехнувшись, ответил я, — это у тебя сытая должность и карьерные перспективы, а я гол как сокол. Из общаги вон скоро выпрут. Да еще и на три года, твоими стараниями, законопатят в какую-нибудь дыру. Так что, сам видишь, держаться мне, в отличие от тебя, не за что, а значит и тормозов у меня нет.
Юров поиграл еще немного желваками, а затем выдал:
— Чапыра, я тебя понял.
Произнеся эти загадочные слова, он, не прощаясь, развернулся и пошел в сторону главного корпуса.
— Понял он, — задумчиво смотрел я ему в след, — а разъяснить, что он там понял?
Ладно, человеку нужно переварить полученную информацию. Не будем ему мешать.
На этой здравой мысли я продолжил свой путь в общежитие.
На остановке общественного транспорта я стоял спустя двадцать минут, и вглядывался в номера, проезжающих автобусов. Грязно-белый пазик нужного мне двенадцатого маршрута подъехал еще минут через пять.
Ожидаемо, кондиционера в этом старичке не оказалось. Зато толпа народа присутствовала. Так и стояли впритык друг к другу, вдыхая запах пота, что заполонил весь салон и конкурировал с запахом бензина. За этот сервис еще и платить пришлось. Так что, когда кондуктор, во все горло заорала «Куйбышева!», я был просто счастлив.
В травмпункте оказалась очередь. И тоже отсутствовал кондиционер. Я тяжело вздохнул и рухнул на свободное место.
Вымотавшийся и уставший на территорию студенческого городка я вступил уже ближе к вечеру.
У общежития меня ждали.
----------
Глава 7
Глава 7
— Альберт Анатольевич? — на меня решительно надвигалась женщина, что пару дней назад сбила моего предшественника. Сегодня она была в летнем платье с мелким цветочным принтом, легких босоножках с тонкими ремешками, а в руках, вместо дамской сумочки, держала портфель из черной кожи.
— А вас не узнать, — произнесла она, оценивающе разглядывая нового меня и, видимо, по этой причине забыв поздороваться.
— Здраствуйте, — улыбнулся я ей, как должен улыбаться нормальный мужик при виде привлекательной женщины. Еще бы как ее зовут вспомнить, так совсем буду молодцом.
— Здраствуйте, — спохватилась она и сразу же напомнила свое имя. — Зудилина Ольга Васильевна.
Какая приятная во всех отношениях женщина. И я улыбнулся ей еще приветливее.
— Альберт Анатольевич, нам нужно срочно переговорить. Между нами возникло недопонимание и это необходимо исправить, — безапелляционно заявила она.






