ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. Три дня Индиго Сергей Лукьяненко Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. ==================== Часть первая. Глава 1 Часть первая. Глава 1 Глава первая Обычно я на ночь плотно задёргиваю шторы. Не люблю, когда лунное кольцо светит в глаза. Но эта ночь была слишком хорошей. Дождь прошёл и кончился к полудню: тёплый дождь в последний день марта. Воздух был в самую меру прохладным, так, чтобы можно было всю ночь лежать без одеяла и лишь под утро укрыться. Поэтому я оставил окно распахнутым, смотрел на потолок, где бегали тени от фонарей, слышал редкий гул машин, шаги и голоса запоздавших прохожих. И разговаривал с Дариной. — К нам сегодня привезли девочку, — рассказывала она. — Большая уже, четырнадцать лет. Спрыгнула с балкона пятого этажа, вся поломалась. Я поморщился, спросил: — Дурында. Из-за несчастной любви, конечно? — Нет. Чтобы стать Изменённой. Мне кажется, её могли и люди вылечить, позвоночник цел. Но родители не выдержали, привезли к нам. — Такую взрослую? — Мы берём и в этом возрасте. Если иного выхода нет. А она сказала, что спрыгнет снова или выпьет отраву, если её не возьмут. — Взяли? — Да. — И… что? — Пока жива. Дня через два будет ясно, как сработал мутаген. — А ты уже

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Прежний расхохотался:

— Это уже оценка задним числом! Поверьте, Милана, я мог бы очаровать вас так, что вы бы за мной без трусов по улице бегали!

Он вдруг посерьёзнел:

— Я даже сейчас могу это сделать. Несмотря на ваше сильное предубеждение. И мне не придётся вмешиваться в вашу психику или осыпать дорогими подарками. Обычное общение, разговоры. У меня большой опыт, поверьте… минусы очень долгой жизни…

Последнюю фразу Прежний сказал как-то по-особенному. Вроде просто слова, но я вдруг представил себе человека, живущего сотни лет. Он одинок, люди проносятся мимо, словно мотыльки перед лампой, вспыхивают и умирают. Умирают враги, умирают друзья. Умирают любимые. Умирают дети и внуки. Он человек, но одновременно нечто куда большее. Одинокий, несущий на себе груз немыслимой ответственности, неспособный позволить подлинные чувства — они всё равно угаснут. Есть такие же, как он, но их очень мало, и они все давно опротивели друг другу. Но где-то в душе у него остаётся робкая надежда — встретить ту, что его поймёт и примет таким, какой он есть…

Я вздрогнул. Нет, Прежний не забрался мне в голову. Не воздействовал на меня какими-то невидимыми волнами и излучениями. Но он сделал так, что я ему посочувствовал. Буквально несколькими словами, сказанными с нужной интонацией!

Милана поёжилась и отступила на шаг. Я увидел, что в её взгляде промелькнул ужас. Наверное, она почувствовала то же самое, только острее… применительно к себе.

— Больше не стану так делать, — сказал Иван нормальным тоном. — Не беспокойтесь. Я предлагаю честное сотрудничество. Временный союз.

— У нас уже есть временный союз… — ответил я.

— Понимаю. С Продавцами. И вы дружите с Гнездом, а это подопечные Инсеков. Всё завязано. Но дело в том, — Иван встал, подошёл к самому порогу, не пересекая, однако, невидимой линии, — что сейчас наши интересы не противоречат друг другу.

— Поясните, — сказал Лихачёв.

— Полковник, мы же раньше были на «ты»? Поясняю: я не знаю, зачем Татьяна Воробьёва пришла к Продавцу. Это запрещено и смертельно опасно. При всей моей нелюбви к Продавцам, открытая война с их культурой нам не нужна. Сегодня враги, завтра друзья — так бывает. Так что работайте на своего нанимателя, выясняйте, кто пришил его соплеменника. Мне очень интересно, особенно — как это было сделано, но я не стану спрашивать. Зато я прошу выяснить, кто и как убил Татьяну Воробьёву.

— А если возникнет конфликт интересов? — спросил Лихачёв.

— Допускаете, что они убили друг друга? Сомневаюсь! Но тогда это была инициатива Татьяны, и она уже понесла кару. Вы работаете на Продавца, поработайте и на меня. Поверьте, я найду чем отплатить за службу.

Мы с Лихачёвым переглянулись.

— Я окажу вам поддержку, — сказал Иван. — По человеческой линии, в первую очередь.