Для меня — последний незакрытый хвост.
— Искин.
— Слушаю, командир.
— Подтверди состояние поверхности.
— Население переведено в лагеря. Все ключевые объекты инфраструктуры промаркированы для орбитального удара. Вероятность сохранения скрытых архивов — менее двух процентов. Дополнительная проверка завершена.
— Начать фазу финальной зачистки.
— Подтвердите приказ.
Я посмотрел на планету. На материках светились сетки старых городов. Тонкие линии дорог. Узлы энергетики. Купола, поля, станции, фермы. Целая цивилизация, которую пришлось сначала сломать изнутри, а теперь предстояло добить снаружи.
— Подтверждаю, — сказал я. — Орбитальные удары начать.
— Выполняю.
На боевой схеме сразу ожили контуры наведения. Кира, Рома и Заг в этот момент уже находились на своих постах. Для них начиналась обычная военная операция — окончательная ликвидация опасной колонии после эвакуации ограниченного числа пленных и изъятия нужных технологий. Грязно, но понятно. Без лишних вопросов. Да и решение принимали не они, с моральной точки зрения они оправдывали себя тем, что выполняли приказ. Мой приказ. Не подчинится они не могли, а значит и совесть их чиста, по крайней мере они себя так успокаивали. Это я сейчас на их глазах убивал несколько тысяч человек, пусть и для того, чтобы спасти миллиарды, я был убийцей, а не они…
Первый залп главного калибра «Разрушителя» ушёл к планете. На голограмме вспыхнули три белые отметки, и через секунду поверхность планеты озарили три глухих огненных цветка. Промышленные комплексы, способные снова вернуть людей в космос, исчезли первыми. Потом пошли энергоузлы. Затем — архивные центры. Потом заводы, генетические хранилища, транспортные узлы, станции очистки, склады синтетики, исследовательские комплексы, фермы.
Удары были точечными. Не ковровое выжигание, не истерика. Хирургия с орбиты. Каждый выстрел убивал не людей, а возможность быстро вернуть цивилизованный мир обратно.
В этот момент с поверхности стартовал катер. Метка отделилась от планеты и пошла вверх по траектории сближения. Я смотрел на неё молча.
— Катер с эвакуируемыми вышел в подъём, — доложил оператор.
— Вижу, — ответил я.
На мостике никто пока ничего не понял. Обычный рабочий доклад. Обычная часть операции. Метка ползла вверх. Три минуты до стыковочного окна. Две с половиной. Я чувствовал, как пустота внутри становится ещё гуще. Уже без злости, без сомнений. Просто тяжёлая, вязкая пустота.
— Искин, — сказал я.
— Слушаю.
— Захватить цель.
На секунду повисла пауза.
— Уточните: захватить для сопровождения или для поражения?
Я смотрел на маленькую светящуюся точку над планетой. На ней были люди, которых я обещал забрать. Люди, которые своими руками помогли мне переломать память целому миру.






