Но я запомнил несколько слов из разговора и вроде как смог понять. — У тебя девушка будет».
«Девушка? — Святослав удивился так, будто собирался стать монахом. — Настоящая?»
«Нет, игрушечная! Её зовут Лена. Вы вроде как вместе учились».
«Красивая?» — деловито спросил Святослав.
«Да, вполне».
«Так себе доказательство. Ленок полно. Я с садика двух знаю».
Но я чувствовал, что он поверил.
«Уж какое есть».
Святослав помолчал. Потом подумал:
«Ты теперь… всё время в моей голове будешь?»
«Нет! — я даже перепугался от этого предположения. — Исчезну. Но снова появляюсь. Не знаю, когда».
«Это у вас такой способ перемещения во времени? — спросил Святослав. — Чтобы ничего во времени не нарушить?»
«Ты умный, — похвалил я. — Вроде того. Так что ничего никому не говори обо мне, ладно?»
«А как тебя зовут?»
«Свя… Свят».
«Как меня?»
«Ну да…»
Пальцы Святослава сжались в кулаки.
— Так что… ты — это я? — прошептал он.
«Нет! Нет, не ты! Всё сложно. Но не ты».
Он расслабился.
«А сколько тебе лет?»
«Двадцать». — Я решил не грузить его деталями.
«Ого! — с какой-то гордостью подумал Святослав. — Слушай, скажи, а война будет? Не думай, я не боюсь, просто отец говорит, что пилоты теперь никому не нужны, мы холодную войну проиграли…»
«Война всегда есть, — ответил я. — Становись пилотом, это твоё. И это… занимайся спортом, не кури, не употребляй алкоголь…»
Святослав тихо засмеялся.
«Тебе точно двадцать? Ты зануда».
Ну вот, теперь я в роли Бори!
«Да ну тебя, — пробормотал я. — Обычные правильные советы».
Я понимал, что он им не последует. Я же помню, что он курил и алкоголь пил.
«Не собираюсь я не пить, не курить. Отец… — он замолчал. — Не грузи, короче».
«Не гружу, — согласился я. — Всё будет хорошо».
«А что ты говорил про ангелов и звёзды?»
«Увидишь», — ответил я.
Нет, он не станет пилотом космического истребителя, это я погорячился. Но он станет мной. И будет летать среди звёзд…
«И никому, никогда не говори об этом разговоре…» — попросил я.
Прежде чем темнота схлопнулась вокруг, и девяностые года двадцатого века скрылись там, где им самое место быть, — в давно исчезнувшем прошлом.
— Слава!
Я открыл глаза. Прямо над лицом — шестиугольные соты видоизменённого титана. Фонарь кабины «осы». Невесомость. Мы летим с Титана на Япет. Голос Бори. Мой альтер в некондиционной детской тушке…
— Слав, ты живой? А?
Повернув голову, я посмотрел на Борю. Тот уже собирался выбраться из костюма, видимо, чтобы растормошить меня.
— Сколько времени прошло?
— Шесть с половиной часов, — ответил он с облегчением. — Ты отрубился, не то уснул, не то…
— Ага, — сказал я. — Именно.
— Потом мычать начал, подёргиваться, выгибаться. Что было?
— Опять в основу попал. Ему лет пятнадцать было.
— Расскажи? — попросил Боря. — У нас всё в порядке, идём по курсу, всё штатно, искин на контроле.






