ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тут и жалость, и безжалостность, и прошлое, и то, что будет, и упование, и отрицание, и Высшая сила, и весь свет, и рассудок, и дурь. В общем, обо всём запретном для разговора. Девятый Сергей Лукьяненко Тут и жалость, и безжалостность, и прошлое, и то, что будет, и упование, и отрицание, и Высшая сила, и весь свет, и рассудок, и дурь. В общем, обо всём запретном для разговора. ==================== Пролог Пролог ДЕВЯТЫЙ Разве не знаете, что мы будем судить ангелов, не тем ли более дела житейские? 1Кор.6,3 Пролог Здесь нам не Юпитер. Здесь всё иначе. «Стрекоза» шла в пятидесяти тысячах километров над Кольцом, со стороны северного полюса Сатурна. Я развернул истребитель фонарём вверх и смотрел, как ползёт по делению Энке крошечная светлая точка — спутник Пан. Если вывести на оптически прозрачный титан кабины фотоувеличение, то спутник можно рассмотреть получше, но я всегда любил смотреть глазами, пусть это сейчас и странно. Хотя Пан забавный, он похож на пельмень. Каменный тридцатикилометровый пельмень, прорубающий себе дорогу через Кольцо. — Каппа-один, жду доклад, — раздался голос Эриха. — Синий-два… — я запнулся. — Каппа-четыре, всё чисто. Противника не наблюдаю. — Так чего ждёшь? — раздражённо поинтересовался Эрих. — Давно кровью не потел? Я кинул взгляд на индикатор. Зелёный, защита пока держит. Но Эрих прав, как только вакуум сожрёт остатки защитной пены, доза резко поползёт вверх. — Каппа-четыре, сбрасываю «шипы», — отрапортовал я. Искин вычленил команду. По экранам пробе

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На белой половине хребет был так себе, разрушенный, состоящий из отдельных гор, хотя всё равно заметный. А вот на чёрной Стена реально поднималась на пятнадцать километров.

Про Стену Япета умники тоже сочинили массу теорий, а когда теорий много, это означает, что никто ничего не понимает. Где-то там, у хребта, я и должен встретиться с Харгунтом.

Ещё Япет был большим. Может, по сравнению с Луной не очень, но рядом с Луной все спутники мелкие. Почти полторы тысячи километров в диаметре, это очень много для ледышки.

Я даже протянул к фонарю руку и свёл пальцы, чтобы оценить размеры. Ну, словно держу в руках медальку «Крыло истребителя». Впечатляюще.

Мы тормозили. Тормозили комфортно, «лёжа». Один «жэ» — это земная сила тяжести, но мы-то её ощущаем как повышенную, а такое лучше всего переносить в направлении грудь-спина. Любой, кому доводилось спать, с этим согласится.

— Пятьдесят минут, — сказал Эрих. Не по лазерной, по радиосвязи.

Мы договорились, что команды будет отдавать он. «Пчела» Хелен, притворяющейся мной, шла впереди, а все мы изображали группу охранения.

— Расслабьтесь пока, перекусите, — продолжал Эрих. — Мы вроде ничего плохого не ждём, но будем начеку. Так, Святослав?

Боря строго посмотрел на меня, я демонстративно прикрыл рот ладонью.

— Так! — моим голосом отозвалась Хелен. — Всё будет хорошо… уверен!

Я прям почувствовал, как она смяла фразу, в последнюю секунду заговорив о себе в мужском лице.

— Тогда сближаемся, — решил Эрих.

Глянув на индикаторы (передатчик отключен), я сказал Боре:

— Чуть не прокололась.

— Она говорит твоим детским голосом, — заметил Боря.

— А откуда вонючкам знать, что у меня взрослое тело?

— Кто их разберёт? Может, они взломали сеть базы? Или перехватили передачи?

Я пожал плечами.

— Может. А если нет? Тогда взрослый голос их еще больше удивит. Пусть думают, что я опять тушку сменил.

— Ты ждёшь подвоха? Честно?

— Не знаю.

Я и впрямь не знал. В разговоре переводчик вонючек казался дружелюбным, если к ним вообще применимо это слово. А убить меня на «Гаргантюа» было множество способов, зачем тащить на Япет.

С другой стороны — логика-то у них немного иная. Нечеловеческая.

Япет приближался. Мы замедлялись, лавируя в гравитационном поле спутника и выходя на экваториальную орбиту. Сверкающее полушарие разрослось на полнеба, поплыло над нами, промелькнула извилистая граница между ведущим и ведомым полушариями, и белизна исчезла — мы понеслись над угольно-чёрной поверхностью. Переход был резким, будто в значке Инь и ян.

— Великий предел… — прошептал Боря с неожиданным трепетом. — Слушай, Свят… а это ведь не случайно, да?

— Что? — сказал я, глядя на уплывающую белую сторону.

— Ну смотри, ведь это настоящий Инь и ян! Символ Великого предела.