ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кто перед нами: незаконнорождённый ребёнок Святослава, убийца родного брата, язычник, силой добывший себе великое княжение? Перед нами Владимир Красное Солнышко — виновник начала жестоких княжеских распрей, многожёнец, 37 лет правивший Русью. Перед нами святой князь Владимир, креститель Руси, приравненный к апостолам, заложивший основу будущей великой державы. Кто он? Язычник Александр Мазин Кто перед нами: незаконнорождённый ребёнок Святослава, убийца родного брата, язычник, силой добывший себе великое княжение? Перед нами Владимир Красное Солнышко — виновник начала жестоких княжеских распрей, многожёнец, 37 лет правивший Русью. Перед нами святой князь Владимир, креститель Руси, приравненный к апостолам, заложивший основу будущей великой державы. Кто он? ==================== Предисловие автора Предисловие автора Сразу признаюсь: еще три года назад я совершенно определенно говорил: писать о великом князе Владимире Святославовиче я не буду. Почему? Страшно. Образ князя Владимира, который вырастал в моем сознании в процессе сопоставления литературных источников, вариантов отечественных летописей, зарубежных хроник и археологических данных, — образ этот мне нравился все меньше и меньше. Противоречивые гипотезы ученых — историков и филологов — только ухудшали ситуацию. Мой образ Владимира все дальше уходил от той величественной фигуры, которая возникает в сознании каждого православного человека, да и не только православного — любого закосневшего атеиста, который еще помнит школьн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Владимир — опытный воин. Ночью они отойдут. — Я не знаю, кому мне верить, — пожаловался Ярополк. — Они все говорят, что преданы мне, но желают противоположного. Когда Блуд советовал удержаться от сражения, воеводы в один голос требовали битвы. Теперь, когда Блуд предложил драться, воеводы воспротивились. Мне кажется, они знают что-то, чего я не знаю. А ведь я — их князь. Что, если они злоумышляют против меня? Воевода Артём и воевода Серегей? А если за ними — Свенельд? Князь-воевода стар, но умен и злопамятен. А на меня обижен. И вот-вот породнится с воеводой Артёмом. А в Киеве Свенельда и Артёма любят. И дружина моя их любит. А младший из Серегеичей, Богуслав… Он спас мне жизнь, он охранял меня там, на стене. Но велят ему старшие — и он меня убьет. — Прогони их, если не веришь, — сказала Наталия, прижимаясь к плечу Ярополка и заглядывая ему в глаза. — Чтобы они перебежали к Владимиру? — Тогда — казни их. Ты же архонт. — У нас так не делают, любимая. Да и не получится это. Некому. Гридни мои не пойдут на такое. Не по Правде это. Даже пожелай я такое, все от меня отвернутся. Весь Киев меня осудит. Вот если бы их уличили в предательстве… А у меня против них ничего нет. Только слова Блуда. Но можно ли верить Блуду? Он злоумышляет против них, они — против него. Помнишь, я рассказывал тебе про печенега-ромея, которого они привели? Говорил ли он правду — или его науськали Артём с Серегеем? Я чувствую, что мог бы узнать правду, если бы допросил его сам. Но ромей этот повесился… Вернее, кто-то помог ему повеситься. И этим кем-то мог быть и Блуд, и его соперники. Не знаю, Наталия, кому мне верить? Как поступил бы на моем месте ваш кесарь? — Кесарь не поверил бы никому, — уверенно ответила Наталия, дочь патрикия империи, вынужденная принять монашеский постриг, чтобы сохранить жизнь. — Но опирался бы на тех, кто более от него зависит. И тех, кто более враждебен твоим врагам. — Тогда это Блуд, — Ярополк вздохнул. — Владимир с родом Серегея давно дружен. Сыновей его пощадил. И в Киеве их любят. А Блуда не любит никто. И с Владимиром ему не сговориться. Владимир — воин, тур. А Блуд — хитрый лис. И родичей сильных у него здесь нет. Он знает, что только я — его опора. Решено, моя любовь. Я приму то, что советует Блуд. Сказал — и опечалился. Серегеичи были ему куда больше по нраву, чем скользкий и жадный боярин. Глава 25 Хитрость боярина Блуда На сей раз Блуд сам приехал на переговоры. То есть сначала он направился в Вышгород, однако с полпути свернул и с небольшой дружиной из самых верных направился к лагерю Владимира. Пару раз его останавливали киевские дозоры. Тогда боярский холоп показывал личный знак Ярополка (сам Блуд решил не сказываться) — и дозоры расступались.