ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Год 1763-й. Нюр и Тайкен — два пацана, у которых из развлечений только старый затопленный форт, ржавые пушки да море. Нюр мечтает о кладе, Тайкен без устали спускает его с небес на землю. Но после шторма на дне объявляются два корабля. Новехонькие, будто вчера со стапелей. Линкор с драконом на носу и избитый вдрызг фрегат, намертво сцепившийся с врагом абордажными крючьями. И кортик, зажатый в костяшках скелета, который не берет ни песок, ни ил. А вторая история — о том, как тринадцатилетний Диего Раскона становится таном. Хотя, какой из него тан: мальчишка, который зовет своего слугу «мерзким старикашкой», а тот учит его фехтованию и вытаскивает из любой беды. Теперь Диего вырос, и его вызывает сам герцог Нуарийский. Вопрос у первого министра простой: чего хочет отличник казначейства? Ответ — фрегат. Теперь осталось понять, что этот ответ ему будет стоить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но рядом был мастер Муэрия, и вот он был сама невозмутимость. Стоял, как ни в чем не бывало, и ждал, пока ему в лицо не перестанут брызгать слюной вперемешку с оскорблениями. А потом продолжил. «Убийца среди вас, – сказал он. – Вы знаете имя, вы, все вместе, хотя и не отдаете себе в этом отчета. В семье мало что проходит незамеченным, и каждый из вас обладает фрагментом картинки, пусть даже не понимая его значения. Я могу сложить их – сейчас. Если же вы отправите меня прочь… что ж, это ваше право. Но среди вашего стада останется вкусивший крови волк, а кусочки мозаики в вашей памяти будут угрозой для него. Вдруг появится еще один следователь или кто-то из вас вдруг поймет значение своего фрагмента. Подумайте об этом, хорошо подумайте».

– Им, должно быть, резко повеселело, – ехидно сказал старшина, живо представив, как благородные таны начинают переглядываться… и поспешно прячут взгляд. Убийца среди них… признать это – позор для семьи, но если прогнать чиновника… в каждой чашке, в кусочке мяса или ломтике хлеба сможет оказаться смерть, любая тень вдруг обернется угрозой.

– А дело-то чем закончилось? – с любопытством спросил он. – Старика действительно траванул кто-то из родни?

– Конечно. Один из внуков, прыщавый семнадцатилетний балбес. Повелся на роковую красотку, чтобы добыть денег, начал играть – новичкам ведь всегда везет! – само собой, не успел даже моргнуть, как оказался должен, – Диего подергал бородку, – не помню сколько. Дед заплатил, чтобы спасти честь рода, но при этом пообещал юному идиоту, что вышвырнет его за порог. Скорее всего, – задумчиво сказал капитан, – тан Антонио хотел просто застращать дурака, чтобы тот хоть пару лет держался подальше от карт и девок. Только внучек – тонкая натура, ему пророчили карьеру художника, – и без посторонней помощи натянул себе все нервы, а после угрозы деда попросту обезумел от страха.

– Угу, знаю я таких людишек, – мрачно сказал Фишер. – Навроде крыс, обычно по норам прячутся, но если в угол загнать, кинутся только так.

– Этот был скорее навроде кролика, – усмехнулся Раскона. – А самое смешное – все красноречие мастера Муэрия было, в общем, напрасно. Мы даже не успели получить результаты обследования, как на внучка донес владелец игорного дома. Вот уж кто перепугался, узнав о нашем приезде. Даже вернул семье все деньги – лишь бы таны из казначейства не заподозрили его в чем-нибудь, хихик, противоестественном. Так что, как видишь, людей можно заставить танцевать с тобой, даже когда они тебя и не любят. Главное – подобрать правильную мелодию.

– А вот скажите, тан капитан, – старшина и сам только не понял, что заставило его задать этот вопрос. Просто пришло, словно бы со стороны.