Впрочем, оба находившихся на мостике юнг-поручика сейчас изъяснялись в стиле «ох и ах», а вызванный на роль переводчика сержант Элайя едва не пропустил очередную команду лоцмана. Лишь ун-капитан Кэмпбелл и брат Агероко сохранили, по крайней мере, внешнюю невозмутимость.
– Никогда бы не подумал, а! Мы – первый иторенский корабль в этой бухте!
И нам еще надо будет как-то из нее выбраться, озабоченно подумал Раскона. Если мушир Фельт не достался рыбам, то сейчас он жаждет отыграться за свое купание.
– Первый корабль флота Его Величества, – поправил ун-лейтенанта Энрике. – А вообще наших кораблей тут бывало много. Да и сейчас… вон, справа, бриг у пристани.
– Но ведь это же…
– Пиратские трофеи, – с горечью произнес маленький тан. – Вряд ли их экипажи могли столь же беспечно восхищаться здешними красотами.
– Меня сейчас, – озабоченно сказал первый помощник, – беспокоит наш собственный экипаж. Матросы наверняка захотят сойти на берег, а этого допустить нельзя.
Судя по вытянувшимся лицам ун-лейтенанта и обоих юнг, они в данном вопросе были отнюдь не на стороне Энрике.
– Тан ун-капитан, – начал Оркис, – быть может, все-таки стоит дать им хоть небольшую отдушину после столь долгого и трудного плаванья? Скажем, небольшие группы, с офицером.
– Вроде наших юнг?! – первый помощник махнул рукой в сторону испуганно сжавшегося Хотбока. – Так ведь его первым и продадут на здешнем рынке. Бешбеши хоть и не асадобадцы, но и среди них встречаются любители… красивых мальчиков.
– Но ведь мы прибыли сюда по приглашению их шаха.
– И что с того? Считаете, шаху нужны союзники, которые не могут защитить сами себя? Поймите, Гарсиа, – тоном тише продолжил ун-капитан. – Здесь не Ольмер, который мы уж сотню лет окультуриваем огнем и сталью. В этих краях законы просты: если ты не можешь защитить свое имущество, остаешься без него! Если не можешь защитить себя – сам станешь имуществом!
– Тан капитан, – обратился к Диего сержант, – лоцман спрашивает, куда мы хотим причалить? – полуобернувшись, Элайя прослушал еще несколько трескучих фраз, сопровождаемый целой пантомимой жестов. – Еще он говорит, м`тан, самым почетным считается место во-он там, слева. Белая хер… прошу прощения, м`тан, белое здание на горе, что над пристанью, это и есть шахский дворец. Прежде там стояла галера Фельта.
– Спросите у него, где в бухте можно стать на якорь? – велел маленький тан.
– Он говорит: почти везде, м`тан! – доложил моргвард, выслушав ответ лоцмана. – Берег отвесный, глубины начинаются у кромки.
– Хорошо, – кивнул Диего, развязывая кошелек. – Возьмите, сержант. Один дукарий ему за труды, второй вам, тоже за труды.
– Благодарствую, м`тан! – сержант выглядел явно более довольным, чем лоцман.






