ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я изгнан, обесчещен и почти лишен дара. Зато у меня остались холодная голова и секреты алхимии. Умолять о прощении не буду. Я продемонстрирую им всем: могущество не в звании. Могущество — в способности обращать яд в золото, а противника — в постоянного заказчика. Моя первая торговля точка уже работает. Я приготовил составы, неизвестные ни одному лекарю. Я уже приметил, кого обработаю следующим. Вы полагаете, я сбавлю обороты? Нет. Я лишь разгоняюсь. Читать дальше Лекарь Алхимик Сергей Соколов, Андрей Орлов Я изгнан, обесчещен и почти лишен дара. Зато у меня остались холодная голова и секреты алхимии. Умолять о прощении не буду. Я продемонстрирую им всем: могущество не в звании. Могущество — в способности обращать яд в золото, а противника — в постоянного заказчика. Моя первая торговля точка уже работает. Я приготовил составы, неизвестные ни одному лекарю. Я уже приметил, кого обработаю следующим. Вы полагаете, я сбавлю обороты? Нет. Я лишь разгоняюсь. ==================== Глава 1 Глава 1 — Нулевой ранг мастерства, — послышался сухой мужской голос. — Даже не ученик, — на меня взглянули равнодушные чёрные глаза, тщательно скрывающие разочарование. — Тебе есть что сказать перед тем, как покинуть клан навсегда, Алексей? — спросил говорящий, сидя прямо и сцепив руки в замок перед собой. Глава клана Лекарей и по совместительству отец парнишки, в теле которого я оказался — Сергей Лазарев, мужчина средних лет с чёрными волосами, одетый в чёрный костюм-тройку, вынес приговор, глядя мн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Пользуясь своим положением третьей жены главы клана Лекарей, я, Светлана Михайловна Лазарева, прошу изменить решение в отношении моего сына, Алексея Сергеевича Лазарева, на более снисходительное, — она слегка опустила взгляд, а затем посмотрела на своего мужа. — Смиренно прошу, глава и мой муж. Это наш сын.

Женщина прямо взглянула ему в глаза, но тот не спешил отвечать на просьбу Светланы. Его лицо оставалось спокойным, почти каменным.

— Никто не может просить такого, — подал голос старик справа от главы клана, лидер Рода Беляевых. — Всё-таки это решение выносил не только он. И неважно, кто и о чём просит, — старик провёл рукой по своей длинной бороде.

— Вот именно! — Платонов не скрыл радости и тут же поддержал его. — Я прекрасно понимаю, что дело касается вашего сына, и жёны могут высказываться. Но при всём уважении, это собрание глав Родов!

— Прошу вас сохранять спокойствие, Платонов, — Сергей Лазарев посмотрел на пылкого мужчину.

Тот вновь замолчал, только его губы недовольно поджались.

— Я не стану менять решение, — без эмоций добавил Лазарев. — Даже ради тебя, Светлана. Закон един для всех.

— Тогда… — она тяжело вздохнула и прямо посмотрела сначала на меня, затем на своего мужа. — Я уйду вместе со своим сыном! — произнесла женщина настолько громко, что её голос эхом разошёлся по залу.

Главы Родов лишь мельком переглянулись между собой, а лидер клана едва заметно нахмурился. Кажется, эта ситуация отчасти его забавляла, но лицом он этого не показывал.

Рядом с матерью встала стройная красивая женщина с длинными светлыми волосами в белом платье. Она аккуратно приобняла Светлану за плечи и попыталась её успокоить. Вторая жена главы клана, Ирина Лазарева.

Хорошая женщина. С матерью они неплохо ладят.

— Прошу, сядь. Ты разве не слышала, что тебе сказал муж? Не стоит спорить, — вполголоса посоветовала она.

Но мать лишь отмахнулась, не отводя взгляда от Лазарева.

— Сергей! Я не разбрасываюсь своими словами! — запротестовала женщина.

Её логику понять можно. В этом мире одному сложно выжить, и главы Родов тоже прекрасно это понимают. Но если они думают, что для меня изгнание — конец, то глубоко заблуждаются.

— Сядь, — уже с силой в голосе произнёс глава клана.

Едва заметная зелёная волна прошла по залу и заставила женщину опуститься на место. Вместе с ней успокоились и остальные. Даже воздух в комнате стал ровнее.

— Больше никто не хочет высказаться? — мужчина оглядел зал.

— Разрешите мне, глава, — старик Беляев поднялся с места и, приложив руку к груди, слегка поклонился.

Лазарев кивнул, и старик заговорил:

— Я не могу противиться вашему решению. И не буду, — Беляев выдержал паузу, внимательно посмотрев на остальных.