Дверь открылась. В кабинет сначала вошёл Виталий — так же тихо и плавно, как и всегда, — за ним три горничные в одинаковых чёрно‑белых платьях с фартуками. Они остановились в паре шагов от стола, выстроившись чуть сбоку, не заслоняя линию взгляда Платонова.
— Встань у двери, — коротко бросил Георгий Виталию.
Тот молча шагнул к косяку и встал справа от входа. Теперь, чтобы выйти, им пришлось бы пройти мимо него.
Горничные выстроились в одну линию. Сейчас, когда на них смотрели сразу два мужчины и один из них только что едва не разнёс дом от ярости, каждая из них реагировала по‑своему.
У первой руки нервно теребили подол фартука, во взгляде читалась смесь страха и обиды.
Вторая то сжимала, то разжимала пальцы, взгляд бегал, цепляясь за край стола, пол, мои руки, лицо Платонова.
Третья стояла ровно, с опущенными глазами. На первый взгляд — спокойна. На второй — слишком спокойна для служанки, внезапно оказавшейся в центре скандала.
Платонов обвёл их взглядом, медленно, одну за другой. Жёстко, без тени мягкости. Потом посмотрел на меня.
Теперь дело было за мной.
Ну что ж. Посмотрим, кто из них решил поиграть в отравителя в доме Платонова.






