— Она потому и поддалась Болтуну?
Мотылёк не рискнул лететь с таким грузом на руках, так что медленно принялся подниматься по лестнице.
— Она была совсем доверчивая глупышка. Она искала любовь, она искала хотя бы её отблеск, чтобы согреться и склеить сердце обратно. Её дар — целеустремленность, привел её к Болтуну — те щедро дарят любовь. А я об этом не знал.
— И тут она попалась на глаза Джеку-фонарю Пятому?
— Её дар феи давно не давал покоя Джеку — он знал о нашем семейном даре, которого я лишен… Эта глупышка Рош заключила договор с Ведьмой — она отчаянно хотела спастись от Болтуна, и её дар, её целеустремленность, вновь дал ответ, да опять не тот… Если бы она доверилась, если бы она пришла ко мне — я бы из-под земли достал этого проклятого Болтуна и заставил бы его жениться на Рош. Но она выбрала ведьму, а та сдала её Джеку-фонарю, когда добилась самого главного — её души. Я тогда чертовски опоздал. Я потерял сестру и племянницу — они уже три года как были мертвы, когда ты помог мне с Джеком-фонарем.
Мотылёк мысленно скривился: «Так вот как это называется, однако… Не шантаж, не принуждение, а помощь».
— Я после твоей коронации весь дворец перерыл в поисках Рош и малышки, еще веря, что они живы. Но я глупо опоздал — самоуверенный динни ши, который не защитил даже сестру.
Мотылёк кивнул:
— Ты прав — ты опоздал, твою племянницу уже воспитываю я. А тебе надо дать ей истинное имя и научиться не бояться тебя. Хотя сперва, прежде чем тебя знакомить с племянницей и моей воспитанницей, тебя надо привести в порядок — отмыть, накормить.
Креван дернулся в руках Мотылька, открывая глаза:
— Иди ты… Я хочу видеть дочь Рош! И расскажешь о ней Гранату — убью! Эта сволочь не заслужил дитя.
— Я подумаю, — кивнул Мотылёк. — И да, Гранат же… Надо начистить морду ему — за Рош и все случившееся.
— Тут ты опоздал — это было первое, что я сделал, когда разобрался в том, что случилось с Рош. Это было уже после того, как мы с тобой вынужденно расстались.
Мотылёк фыркнул — такую версию их ссоры он не ожидал:
— Только, будь уверен: Гранат ничего так и не понял.
Креван мстительно сказал:
— Ничего, я повторю!
— Тогда, надо еще перевязать твои раны.
— Вот если сам этим займешься, тогда я и подумаю, что это действительно необходимо.
— Да запросто! Ты же мой, Лис. — Он забрел в первую же попавшуюся спальню на третьем этаже и аккуратно уложил Кревана на кровать, сам присаживаясь рядом. — Кстати, почему моя воспитанница так боится тебя?
Лис признался:
— Потому что Рош — моя единокровная сестра. Её мать была человеком. Когда отец наигрался ею, он прогнал её прочь вместе с Рош. Полукровки гордому лорду из рода Лисов были не нужны. Рош же отчаянно боялась, что однажды отец узнает, что у неё есть родовой дар и вернется, забирая его.






