ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

История Андрея Прохорова не заканчивается. Добившись своего при дворе и больно задев врагов, тульский воевода угодил в переделку хуже прежней. Царский приказ таков: с горсткой людей выступать к Азову и взять его. И побыстрее. Верная гибель. Иначе не скажешь. Но ослушаться нельзя. Милость государя непостоянна, и лишь Иоанн Васильевич удерживает озлобленную боярско-княжескую фронду от расправы над Андреем. Царь это знает и беззастенчиво использует. А может, он и сам не в силах противиться тем, кому воевода давно кость в горле? Неведомо. Да и неважно. Слово сказано, отступления нет. Уцелеет ли Андрей? Выполнит ли безумный приказ? Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако в конце XIX века в него стали принимать представителей иных христианских конфессий (без изменения статута, как я понял). Автор не нашел оригинал статута (на латыни) и исходил из косвенных признаков. Во-первых, прецеденты награждения. Во-вторых, статус, который имели православные в глазах католиков, — они были раскольниками (административный конфликт, а не духовный), а не еретиками, то есть с точки зрения вероисповедания принципиально не отличались от католиков. В-третьих, традиция. Дело в том, что в оригинальном статуте, судя по всему, мог быть вообще применен термин christian, а не catholica, что полностью соответствует традиции эпохи и региона. А протестантов еще не было.

----------

Часть 3 Глава 8

Часть 3 Глава 8

1557 год, 29 июля, Тула

Долгая дорога домой наконец-то подходила к концу.

Андрей стоял на носу своего передового ушкуя и с некоторой тревогой смотрел на приближающийся город. Дракон был снят. Викинг закончился.

— Так крепче, воин, сжимай топор, врываясь во вражеский строй. Наш ярл неистов в сечи, как Тор. Мы вернулись домой… — тихо прошептал воевода слова из песни «Сколота».

Себе под нос.

Но несколько человек, стоявших рядом, скосились на него. Впрочем, лишь на мгновение. После рейда на Истанбул они верили в своего командира абсолютно. Князь-чародей доказал в деле, чего он стоил. Во всяком случае, в их глазах. Ведь, уходя на юг, они думали, что идут на верную и, в общем-то, бесславную смерть. А вернулись многие. И обрели совершенно невероятную, сказочную славу, расходящуюся могущими волнами по всей округе. Как по морям, так и по степям.

Его люди привыкли к странностям.

Его люди приняли его странности.

И, по сути, уже не обращали на них внимания. Хотя, конечно, обсуждали. Ибо, несмотря на столько лет в этом мире, Андрей все еще оставался чужим. Как в языковом плане, так и поведенческом. Но своим чужаком. Полезным. Благословенным. Благодатным. Тем, за кем люди шли…

Город их встречал.

Вон к реке люди вышли. И судя по тому, какая там толпа стояла, здесь собрались все. А то и с гостями. Посчитать вот так, на глазок, было их нельзя. Но графу казалось, будто бы, уезжая, он оставлял в Туле толпу пожиже.

И Марфа стояла в этой массовке. На самом видном месте. Чуть выступив вперед.

Андрей немного смутился.

Обычно супруга так не поступала. Да и лицо у нее было очень странным. Когда же он вышел на берег, то Алиса так и вообще бросилась в его объятия со слезами.

— Ты чего? — ошалело спросил граф.

— Я… я переживала, — сквозь слезы ответила она, всхлипывая. — Я думала, что ты специально пошел на верную смерть. Что это я тебя допекла.

— Ты с ума сошла⁈ — удивился Андрей.

Но здесь разговора не произошло. Им не дали. Толпа с радостным ревом колыхнулась, и начался праздник, для чего в город уже привезли и алкоголя в достатке, и еды, и прочего.