ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

История Андрея Прохорова не заканчивается. Добившись своего при дворе и больно задев врагов, тульский воевода угодил в переделку хуже прежней. Царский приказ таков: с горсткой людей выступать к Азову и взять его. И побыстрее. Верная гибель. Иначе не скажешь. Но ослушаться нельзя. Милость государя непостоянна, и лишь Иоанн Васильевич удерживает озлобленную боярско-княжескую фронду от расправы над Андреем. Царь это знает и беззастенчиво использует. А может, он и сам не в силах противиться тем, кому воевода давно кость в горле? Неведомо. Да и неважно. Слово сказано, отступления нет. Уцелеет ли Андрей? Выполнит ли безумный приказ? Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За ним уже выступили несколько вооруженных людей, по виду служилых. Но они, в отличие от крикуна, Андрея признали. И стояли выше, оттого заметили отряд его воинский. А этот — нет. Вот и дерзил.

— Где Царь?

— Не твоего ума дело!

— С дороги! — рявкнул Андрей и шагнул вперед, ставя ногу вперед, под колено визави, почти синхронно толкая его.

Обычный прием не требовал ни особой силы, ни каких-то серьезных навыков. Во всяком случае, против того, кто никогда не занимался борьбой. Так что шлепнулся этот кадр раньше, чем успел что-то квакнуть.

Граф же рванул вперед.

Бойцы плотной колонной последовали за ним.

Отчего этот болтун, когда увидел их, резко забился в угол и затих. Не приметил. Думал, тут всего несколько человек.

Ворвались в палаты.

— Где Царь⁈ — рявкнул Андрей. — Что с ним⁈

— Болен он, — испуганно проблеял слуга.

— Болен? Где лекарь?..

И завертелось.

Спустя минут пять, полк графа взял дворец под охрану и скрутил мутных личностей, что терлись в нем. Бояр, сидевших тут же, правда, пришлось отпустить… точнее, выгнать. Но дворец был захвачен НАСТОЛЬКО быстро, что никто даже пикнуть не успел. Причем бескровно. Когда люди узнавали, КТО перед ними, они сразу отступали.

Наконец Андрей вошел в помещение, где лежал Иоанн.

Чтец бубнил псалтырь. А бледный и явно болезненный Царь напряженно смотрел на незваного гостя.

— Пошел отсюда, — махнул Андрей на чтеца, и тот вылетел пулей.

Иоанн Васильевич нахмурился, но не произнес не слова.

— Государь, — тихо произнес граф, присаживаясь на край его постели. — Что же ты так? Я же писал… Я же предупреждал…

— О чем? — хрипло и тяжело спросил монарх.

— О яде. Я посадил лекаря твоего задницей в котел с похлебкой, что варили еще. И он во всем признался. Имена назвал. И пузыри с ядом сдал.

Тишина.

— Ты ведь гостил у князя Ивана Михайловича перед болезнью?

— Гостил.

— Лекарь клянется, что тот его и нанял. Тебя в тот день и угостили отваром окаянным. Через мед. Сами с тобой его пили. Но перед тем другого отвара приняли, чтобы им самим дурно не стало. А тебе лекаря прислали. Лучшего в здешних краях, дабы загладить свою вину. Чтобы добил тебя. Ведь твой помер недавно. Лихоманка сгубила. Его же рук дело.

— Лекарь может врать.

— Сложно врать, когда твои яйца в кипящей похлебке, — усмехнулся граф. — Они ведь и гонца моего не пускали к тебе. Хоть передали о нем?

— Гонца? — удивился Иоанн Васильевич.

— Тебе сообщили, что я Царьград взял?

— ЧТО⁈ — ошалело вытаращился на него Государь.

— Ясно. Наверное, потому от тебя избавиться и решили. Боятся, суки. Сейчас ведь, после взятия Царьграда и славной победы твоего воинства, что я вел, многое поменяется. И они уже не смогут, как раньше, вертеть тобой. Испугались. Решили действовать. Верно, задумали тебя сморить, а сына твоего посадить на престол и править при нем.