И выглядели они в известной степени хмуро.
— Доброго здравия, — произнес парень, подходя к дедам — старым соперникам, что ныне на удивление всем уже который год держались крепко вместе. Во всяком случае, в отношении «этого чуда-юда».
— И тебе не хворать, — хмуро ответил отец отца. Материн же отец лишь кивнул.
— В дом пригласите?
— Отчего же не пригласить? — нехотя и со скрипом произнес все тот же.
Так и пошли.
Узнав о предстоящем визите, родичи подготовились, поэтому стол накрыли прямо в подворье деда. Вот туда и повели.
— Ты по делу, али так — погостить? — все так же хмуро поинтересовался дед. Теперь уже по матери который.
— По делу.
— Так говори.
— Вижу, вам мое присутствие неприятно.
— А чего нам радоваться? — повел бровью отец отца.
— А чего грустить?
Все промолчали, переглядываясь.
Андрей же, хмыкнул, поинтересовался.
— Так вы из-за слухов со мной знаться не хотите?
— А если и так, то что?
— Как что? Глупо это.
— Чего это глупо?
— Тело сие от чьей крови пошло?
— Так…
— Кровь от крови. Плоть от плоти. А то, что душа иная. Так в чем беда? Душу все одно Господь создает. И вселяет ту, которую считает нужной в то тело, какое выберет. Или вы грешном деле удумали, будто при зачатии и тело, и душа от крови единой происходит? Да без божьего провидения?
Вновь тишина.
И вновь все стали переглядываться.
— Вижу, что подумали.
— Мы чужие, — коротко и емко резюмировал дед по отцу.
— Почему?
— Потому что ты нам чужой.
— Выходит, ты считаешь, что моя кровь не от твоей крови?
— Я этого не говорил.
— А что ты говорил? Я разве вас не привечаю как родичей? Я разве вам не помогал?
— Но ты…
— Что я? — перебил его Андрей. — Что тебе не нравится, старый хрен? Желаешь, чтобы я из-за твоего вздорного нрава отрекся от вас?
— Ну конечно… — едко процедил дед. — Теперь ты граф, в почете у Царя. Теперь мы тебе не нужны. Теперь тебе нужны другие родичи. Жаль только безродную бабенку в жены взял. А я еще думал — чего ты тогда брыкался? А вон оно что… Но ты не растерялся. Свою подстилку покойную в эту девицу запихнул чародейством. Не так ли?
— Ты говори, да не заговаривайся! — прорычал Андрей, побагровев. Все-таки какая-то адаптация к местным реалиям у него произошла. И реакции не все, но многие выработались. Посему на такое оскорбление он чуть было к сабле не потянулся. Едва совладал с собой. Тут ведь и его, и жену с говном смешали. И его прямо в колдовстве и некромантии обвинили. Хотя, конечно, понимания такого термина «некромантия» ни у кого из присутствующих не было, как и прочих. Просто дед молол языком, стараясь ударить побольнее, с опорой на слухи.
— А то что? Родичей своих кровных перебьешь? — процедил дед.
— Слышали мы, что разум в бою теряешь, — пояснил дядька Фома.
— За все нужно платить.






