Великий чародей и воин, что может поднимать мертвых и приказывать духам да волкам. Разгромил в поле самого хана, которого поддерживал Султан. И как разгромил! В пух и прах! Да горсткой воинов. Вся Степь о тебе знает. До Большого Камня[3], а может, и дальше. И теперь новость — ты идешь на Азак. Ты думаешь, он оттого укрепится в обороне?
— Да. Степь — это просто смазка для мечей. А верные магометане Сулеймана станут укрепляться. Оттого и дело окажется сложнее.
— Ошибаешься.
— В самом деле? — переспросил Андрей, обернувшись.
— Вот уж верно — князь, — фыркнул дед по матери. — Смазка для мечей. Тьфу ты, прости Господи. — Он перекрестился. — Это ведь воины, выходящие на службу конно и оружно.
— Что это меняет?
— Все.
— Не ценишь ты союзников, — добавил дед по отцу. — А зря.
— Степь уважает только силу, — чеканно произнес Андрей. — И если ты слаб, то с тобой никто не станет договариваться. А если и будет, то обманет в любой момент. Если же ты силен, то тебе нет нужды договариваться. Ты сам все возьмешь.
— Ты уже показал, что ты сила. Али битва на Гоголе тому не свидетель?
— Что вы от меня хотите?
— Вернись за стол. И поговорим. И деньги свои забери… — произнес дед, п после паузы добавив: — Внук.
Разговор был сложным.
Сначала говорили про Азак. Про то, что новость о походе Андрея, напротив, его ослабит. Гарнизон разбежится. Степняки не станут его поддерживать так, как следует. Ну и так далее.
Парень в этом сильно сомневался. Но особой дискуссии и не получилось. Потому как эта тема стала заходом на другую, в которой деды донесли до Андрея главную проблему, которая возникла в связи с его реформами. Там, в Туле, он ее преодолел на морально-волевых, задавив репутацией, деньгами и успехом. Здесь же и далее это тревожило многих.
Суть ее сводилась к тому, что парень фактически упразднял поместную службу по отечеству. И сводил славных помещиков к служилым по прибору, то есть, считай, наемникам…
Здесь Андрей упустил один очень важный момент. Для жителя XXI века он был не очевиден с их любовью к двойным стандартам, а потому глаз и не цеплялся. Суть вопроса сводилась к такому явлению, как наемник. Кто это такой? Как оказалось, в понимании местных любой, кто получал деньги за свою службу, то есть наем. И плотник, и сапожник, и воин… Без разницы. Денег нет? Нет и службы. Посему он и наемник, ибо служит по найму. И за пределами Тулы помещики многие очень настороженно отнеслись к преобразованиям Андрея. Да, им очень нравилось, что Андрей громил татар. Но ведь он, на их взгляд, по факту упразднял в Туле службу по отечеству, отчего нововведения парня и распространялись на иные полки с такой, по сути, нулевой скоростью.
— Ха! Нашли чем гордиться!!! — засмеялся, воскликнув воевода, когда до него дошла суть недовольства.






