ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ничего не нашлось. Нет описания. Нет автора. Нет названия. Только тишина. И пустой лист. Ничего. Всё. Спартак Валерий Александрович Гуров Ничего не нашлось. Нет описания. Нет автора. Нет названия. Только тишина. И пустой лист. Ничего. Всё. ==================== Пролог Пролог 8Пролог Карта, перемещения войск, локации и пр. будут меняться и отображаться от главы к главе Ублюдки шли хоронить меня. Я чувствовал, что мне не хватит сил отступить или развязать драку. Несколько минут назад враг выскочил, как черт из табакерки и ударил из пзрк, когда мы летели на вертушке на низкой высоте. Вертолёт пролетел ещё с километр и упал. Хорошенько трухнуло, рвануло и я думал, что на этом все… Теперь же я не чувствовал чудовищной боли, тело восстановилось, собравшись по кускам. Происходящее вокруг виделось отчетливо. Я не мог понять, откуда на мне взялся шерстяной плащ пурпурного цвета[1]. Под плащом железный панцирь. На ногах башмаки, заправленные рваными тряпками. Поножи из железа. Их было пятеро. Высокие, крепко сложенные, укутанные в лохмотья, вооруженные. Я разглядел главного. Смуглая кожа, длинные волосы, лицо в грубых шрамах, тяжелый взгляд. Большой нож вместо автомата в ножнах на поясе. В левой руке утырка мешок, пропитанный кровью. Я сглотнул, стиснул зубы — животные… Остальные тоже без автоматов… За спинами приближающейся ко мне группы в небо подымались столпы дыма. Похоже, что покрошили ещё ребят. Пятерка подошла ко мне вплотную и остановилась. Главный скрестил руки на груди. Я уже

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Каждому из нас следовало уяснить — чтобы пробраться к шатру Красса[9], спрятанному в самом сердце римского лагеря, нам придется совершить подвиг…

С минуты на минуту две пары гладиаторов из моей группы должны вступить в дело. Чувствовалось приятное напряжение, растекающееся по всему телу. Наконец, сначала слева, а мгновение спустя справа от нашей башни, раздались приглушенные крики. Небо озарили вспышки полыхающей ярким пламенем стены. Поступил наш сигнал к действию. Две пары гладиаторов подожгли башни и часть стены. Римляне из числа тех, кто остался в лагере, все как один бросились к полыхавшим пламенем башням. Слышались сбивчивые команды, топот ног, брань и скрежет доставаемого из ножен оружия.

— Все за мной!

Я спрыгнул с дозорной башни, выхватил меч и бегом пересек первую улицу, когда передо мной появились двое караульных. Совсем молодые, еще юноши, которых крики тессерария[10] застали в палатке за уединением друг с другом. Один не сразу понял, что происходит или сделал вид, что не понимает ничего. Попытался заговорить.

— Как ты сюда попал? — нахмурился караульный с непритворным удивлением.

Второй оказался менее разговорчив и потянулся к мечу. Я ударил наотмашь, угодив круглой рукояткой гладиуса в мясистый нос караульного и превратив его носовую перегородку в кашицу. Юноша со стоном опустился на колени. Я докончил дело точным ударом рукояти в подбородок. Второй караульный попятился, косясь то на меня, то на своего лежащего в отключке товарища. Скривились его губы, он собрался звать на помощь, но издал булькающий звук — в горло караульного вонзился метательный нож Галанта. Бездыханное тело сползло в сугроб. Рут коротким ударом в грудь добил первого караульного. Галант вытащил из горла второго свой метательный нож. Крат заволок тела в палатку. Снег заметал следы борьбы…

Мы двинулись дальше. Передвигались короткими перебежками и очень скоро оказались на главной улице, где затаились. Я смотрел на небольшую квадратную площадку в самом центре римского лагеря. На претории[11] расположились жертвенники, трибуна для обращения к солдатам и палатки высшего офицерского звена. Большая палатка, в которой с легкостью поместилась бы целая центурия принадлежала Марку Крассу. По правую сторону от нее стояла палатка квестора[12] немногим меньших размеров. Слева расположилась более скромная, нежели первые две, но не менее помпезная, палатка трибуна латиклавия. Палатки военных трибунов ангустиклавиев[13] соседствовали с палатками латиклавия и квестора, расположившись по обеим сторонам от них.

План сработал, а внезапный вывод римского войска из лагеря, сыграл нам на руку. Единственная палатка, в которой горели факелы, была палатка самого Марка Красса. Офицеры уже отбыли к войску.