Сколько, по-твоему, лекари убили людей, прежде чем отточили навыки акупунктуры? Или отравили, заставив корчиться в жутких муках от недоработанных лечебных приоратов или пилюль культивации? Тысячи? А может, миллионы людей. Но их никто за это не убивал. Я же хотел познать силу потустороннего и меня сразу приговорили к смерти.
— Ты убивал людей, чтобы открыть двери для призраков и демонов. Ты жаждал ими повелевать и сеял только смерть, а теперь сам стал одним из них.
— Я не один из них, — Шаюн криво улыбнулся, поднимая руку перед собой и, одержимые мстительными духами трупы людей остановились, взяв маленькую площадь, на которой стоял ребёнок и призрачный лекарь в кольцо. — Я нечто большее, чем призрак. Да пока мне нужна оболочка, которую приходится съедать изнутри. Но по-другому же нельзя. Мы же вместе с тобой Гинсен выяснили, что призрак, который сохранил свою духовную формацию, незлой дух, а просто внетелесная форма самого себя, что разрушается даже от малюсенькой энергии даоки в теле человека, в которое вселится такой дух.
Но я нашёл решение Гинсен. Пожирание духовной основы человека. Я придумал эту демоническую технику на всякий случай про запас. И, как видишь, не прогадал. Теперь у меня новый путь изысканий Гинсен. Теперь я смогу отомстить и даже возможно вновь возродить себя.
Мы вместе многое открыли и узнали мой друг. О чём не догадываются и не знают другие. Мне сложно это признавать. Но ты всегда был на пару шагов впереди меня. Благодаря тебе я сейчас здесь перед тобой Гинсен. И по этой причине ты будешь первым кому на моём пути мести. Мой бывший друг. — Произнеся последнее слово Шаюн и, опустил руку вниз.
В тот же момент на Гинсена рванули мертвецы, чьими телами овладели злые духи.
Призрачный лекарь сжал зубы и закрутил тело, увязая по щиколотку в грязи, выполняя руками витиеватые движения, словно крутя смертоносные клинки.
Перетекая из закрученной в закрученную стойку, от тела призрачного лекаря стали разлетаться сияющие золотым светом мечи.
Оружие, с невероятной скоростью разрезая ветер, неслись к бегущим на Гинсена злым духам, что приняли облик нежити, овладев мёртвыми телами.
Мечи влетали в тела врагов и сносили живые трупы с ног, откидывая назад и пришпиливая к стенам, перенёсшим пожарище домов.
— А ты стал куда сильнее за десять лет, что меня не было. — Оскалился Шаюн и, топнув ногой поднимая брызги грязи, перетёк в ударную стойку, взмахивая руками вверх.
В ту же секунду по всей территории маленькой деревенской площади из грязи рванули земляные дротики, и с размахом рук одержимого ребёнка распались в режущей атаке сотен воздушных лезвий, что то и дело мерцали, вспыхивая чёрными всполохами энергии, словно разрезая незримые преграды.






