ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она — супруга большого начальника из аппарата. Он — её охранник. Один неверный жест — и привычный порядок трещит по швам. Чувства против служебного долга, желание против репутации, тайны, что не выносят света, слишком близкие стены, страсть, способная испепелить всё вокруг, включая их самих. Телохранитель Элли Джелли Она — супруга большого начальника из аппарата. Он — её охранник. Один неверный жест — и привычный порядок трещит по швам. Чувства против служебного долга, желание против репутации, тайны, что не выносят света, слишком близкие стены, страсть, способная испепелить всё вокруг, включая их самих. ==================== Глава 1 Глава 1 Полина Когда я была маленькой, как и каждая девочка, я мечтала стать настоящей принцессой и очутиться в сказке, где мне встретится прекрасный принц. Он защитит меня от чудовища, сразится с драконом и непременно меня спасёт. В финале сказки он подарит мне свою руку и сердце, а я, в самом пышном и красивом белом платье и длинной, струящейся фате, пойду под венец на фоне алого заката и изысканной цветочной композиции. Если мечтать правильно — мечты сбываются. Моя — сбылась. Правда, будучи ребенком, в своем воображении я рисовала что-то европейское: итальянское или французское, и грезила выйти замуж в пригороде Парижа или в живописной Казерте, недалеко от Неаполя, позируя фотографу на фоне фонтанов. Но не будем придираться. Шато де Талю, что находится в самом южном российском терруаре, в Геленджике, вполне похож на Версаль. Замок и правда пост

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И если принять его желание абсолютной власти и подчинения, можно продолжать жить, как в сказке. Но мысли у меня только такие: мне тридцать лет, я никогда в жизни не любила, моя родная дочь считает меня соседкой по дому, я не могу отсюда выбраться и всю жизнь проживу в золотой клетке с нелюбимым мужчиной.

Но не будем о грустном. Пора грабить винный погреб!

----------

Глава 5

Глава 5

Андрей

Ещё один флеш бек: тот самый сирийский мальчик в разбитом дверном проеме, пронзительно вглядывающийся мне прямо в душу, с огромными темными глазами. Только вместо него — девочка, ещё меньше, совсем крошка, рядом с ней — женщина лет шестидесяти, лицо довольно строгое, но в целом приятное.

Я специально вышел немного раньше, чтобы встретить их у двери, а получилось так, что они вышли ещё раньше, и ждать пришлось меня. Я спешно двигаюсь к ним навстречу, сдерживаемый своим галстуком и строгим костюмом.

— Здравствуйте, — я первым подаю голос. Он звучит немного глухо, будто стоит прокашляться.

— Здравствуйте, — монотонно отвечает женщина и протягивает мне сумку и исписанный блокнотный лист. Инструкция с адресами. Хотя, мне обещали, что всё уже забито в бортовую систему навигатора.

— Здравствуйте, — тоненький, недоверчивый голос звучит у самых ног, и я отвлекаюсь от листа, переводя взгляд на девочку.

Какая маленькая. Особенно, по сравнению со мной. Думаю, так и должны выглядеть дети её возраста, просто я к ним не привык. У меня давно могла быть такая же, своя, но как-то не сложилось.

— Пожалуйста, держитесь тайминга, — строгий голос возвращает меня к крыльцу, — Вас предупреждали, что Вера питается исключительно домашней едой и пьет только свои напитки?

— Да, конечно, — хриплю, а после, всё же откашливаюсь в кулак.

— Вам выдали рабочий телефон?

Киваю. Выдали и ещё раз проинструктировали. Успел познакомиться с парой местных старожилов.

— Меня зовут Клара, мой номер будет первым в Избранном. В случае непредвиденных обстоятельств, вам нужно будет звонить именно мне.

Почему не маме — Мисс Воронеж? Хотя, это меня не касается, и такой выбор явно чем-то обоснован, раз мать даже не вышла проводить ребенка, доверяя дочь совершенно постороннему человеку на целый день.

— Вам пора выезжать, — сдержано произносит Клара, и девочка послушно двигается вперед.

Еще раз киваю и иду за ней следом. Автомобиль — первое, с чем меня познакомили. Это, конечно, роскошь. Представительский класс. Как я и предполагал — Мерседес. Девочка дёргает ручку, но дверь не поддается, ведь я не успел щелкнуть брелком, она оборачивается и смиренно ждёт, когда пикнет сигнализация, затем забирается на заднее сиденье. Я тоже оборачиваюсь, но на особняк Шереметьевых, и почему-то смотрю в то окно, что вчера горело. Этот дом слишком огромный, каждая комната не может быть жилой.