ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она — супруга большого начальника из аппарата. Он — её охранник. Один неверный жест — и привычный порядок трещит по швам. Чувства против служебного долга, желание против репутации, тайны, что не выносят света, слишком близкие стены, страсть, способная испепелить всё вокруг, включая их самих. Телохранитель Элли Джелли Она — супруга большого начальника из аппарата. Он — её охранник. Один неверный жест — и привычный порядок трещит по швам. Чувства против служебного долга, желание против репутации, тайны, что не выносят света, слишком близкие стены, страсть, способная испепелить всё вокруг, включая их самих. ==================== Глава 1 Глава 1 Полина Когда я была маленькой, как и каждая девочка, я мечтала стать настоящей принцессой и очутиться в сказке, где мне встретится прекрасный принц. Он защитит меня от чудовища, сразится с драконом и непременно меня спасёт. В финале сказки он подарит мне свою руку и сердце, а я, в самом пышном и красивом белом платье и длинной, струящейся фате, пойду под венец на фоне алого заката и изысканной цветочной композиции. Если мечтать правильно — мечты сбываются. Моя — сбылась. Правда, будучи ребенком, в своем воображении я рисовала что-то европейское: итальянское или французское, и грезила выйти замуж в пригороде Парижа или в живописной Казерте, недалеко от Неаполя, позируя фотографу на фоне фонтанов. Но не будем придираться. Шато де Талю, что находится в самом южном российском терруаре, в Геленджике, вполне похож на Версаль. Замок и правда пост

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ну что за жизнь? Только что было очень хорошо и весело, а теперь я снова в своей суровой реальности.

Остаток вечера проходит совершенно отвратительно. Снова трясусь от каждого шороха, жду неприятной встречи, боюсь быть трахнутой, боюсь, что в моих анализах могли найти следы противозачаточных и одна из помощниц Юры уже доложила ему об этом, боюсь разговоров про ЭКО и предстоящий званный вечер в нашем особняке. Мы даём «приёмы» раз в квартал, чтобы продемонстрировать знакомым, какое количество денег можем выбросить в никуда. Сейчас мне совершенно не до этого. Мысли совсем не здесь. А перила уже скрипят, и это совсем не «ужин». Мне уже его приносили, я отказалась. Дверь отворяется без скрипа, я замираю, прижавшись к подушке, в полумраке неяркого ночника. Юра обходит кровать, садится рядом.

— Как себя чувствуешь? — спрашивает муж.

— Лучше, — от испуга выходит действительно хрипло.

— Хорошо, — он опускает голову, замечаю, что он держит что-то в руке. С перепугу, я смотрела только в его глаза.

Передо мной оказывается ветка нашей садовой розы, довольно крупная, неаккуратно сорванная впопыхах.

— Вера просила тебе передать, — говорит Юра, — Желает тебе скорейшего выздоровления.

— Спасибо, — шепчу я, сжимая ладонью острые шипы.

Он наклоняется и чмокает меня в лоб, как покойницу, потом поправляет прядь моих волос и лацкан своего костюма, поднимается и выходит из спальни. А я так и лежу, с широко открытыми глазами и веткой в руке.

Это не Вера. Вернее, она, но я точно знаю, с чьей подачи. Он сумасшедший. В висках и сердце снова бьется пульсация моей вечерней дискотеки.

Сорви букет колючих роз За каменной стеной.

----------

Глава 10

Глава 10

Андрей

Её снова нет. Четвертые сутки. Никаких дискотек, никаких глупых песен. Молчу о том, что Пуля могла бы войти в кухню за очередной порцией молока, в то время, как я ужинаю с персоналом. Я не могу расспрашивать Веру о том, что происходит в доме, девочка слишком болтлива и, кажется, папу любит больше, чем Пулю. Так себе союзник. Сказала, что мама выздоровела и на этом всё. Гулять тоже не выходит, проводит свои законные два часа в особняке, но сегодня, на обратном пути с занятий, пообещала, что ненадолго спустится в сад. Это моё единственное связующее с Пулей звено.

Вера появляется в дверях в начале девятого. Одна. Такая же грустная, как и я. Садится на траву, нехотя перебирая тонкие, зеленые дуги. Я опускаюсь рядом. На участке тишина, господин Шереметьев ещё не вернулся с работы.

— Ты снова одна?

— Да… — вздыхает Вера.

— Маму снова не выпускают? — спрашиваю на свой страх и риск.

— Мама не хочет, — обижено говорит девочка, — Плачет.

— А что случилось?

Жмет плечами, а потом наворачивает травинки на бантики своих спортивных туфель. Всё. Глушняк. Информации — ноль. Хотя, и так понятно, в чём дело.