ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Евангелиона, дочь опозоренной колдуньи, потеряла всё — дом, имя, будущее. Чтобы не стать женой ненавистного человека, она бежит в столицу и находит приют в самом невероятном месте — в борделе для избранных, «Вечерней Лилии». Дар исцелять руками, который ей достался, — одновременно её крест и последняя надежда. Теодор — наследный принц, утомлённый ролью куклы в руках интригана Регента. Он узнаёт шокирующую истину: его род — потомки древних магов, запечатавших магию тысячу лет назад и обрекших мир на страдания. Кровь Теодора — ключ к Великому Потоку. Встреча двух судеб открывает им правду: они созданы друг для друга.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она не чувствовала ни времени, ни усталости, пока не дошла до самого конца. Когда первые лучи рассвета пробились сквозь листву, девушка почувствовала, как что-то в ней самой сломалось. Силы покинули её в одно мгновение. Темнота нахлынула, и Ева рухнула на мягкую траву рядом со спасённым зверем, погрузившись в глубокий, целительный сон.

Её разбудило нежное, бархатистое прикосновение. Кто-то обнюхивал её щеку и волосы, осторожно и настойчиво. Тёплое дыхание щекотало кожу.

Евангелиона медленно открыла глаза. Над ней склонилась голова олеуса. Её чистые, ясные глаза смотрели на девушку с безмолвной благодарностью. Хрустальные рога сверкали в полуденном солнце. На груди животного не было даже шрама — лишь чистая, перламутровая шерсть.

Ева медленно села, чувствуя слабость, но и невероятную, ликующую лёгкость внутри. Она сделала это. Не зная как, не понимая почему, она исцелила его.

Олеус тихо фыркнула и легонько толкнула её носом в плечо, как бы говоря: «Вставай, всё хорошо».

И в этот момент Евангелиона поняла. Восемнадцатилетие. День, когда у одарённых проявляется их дар. Никто в доме не помнил о её дне рождения. Но сама Вселенная помнила. И подарила ей нечто гораздо большее, чем просто поздравления. Она подарила ей её суть. Её силу. И её первую настоящую тайну.

----------

Глава 3. Цена ночи

Глава 3. Цена ночи

Последние лучи заходящего солнца цеплялись за острые углы крыш, окрашивая мир в грязновато-багровые тона. Евангелиона брела по пыльной деревенской улице, и казалось, сама земля уставала под её ногами. В корзине за спиной лежали бесценные для знахаря трофеи — пучки солнечношёрстного мха, отливавшие в сумерках тусклым золотом, и тёмно-зелёная сердечная полынь. Но эта ноша, стоившая ей открытия дара и почти всех сил, была лишь жалким оправданием перед тем штормом, что ждал её за знакомой, покосившейся калиткой. Ева провела ночь в лесу, только как она всё это объяснит тётке?

Дом тётки Марселины — низкий, с маленькими, похожими на щели окнами, — всегда казался ей придавленным к земле не столько тяжестью лет, сколько тяжестью душ, в нём обитающих. Сквозь запотевшее стекло пробивался неровный свет сальной свечи, отбрасывая на занавеску уродливые, мечущиеся тени.

Едва она, затаив дыхание, переступила порог сеней, привычный запах вчерашних щей и лежалого сена сменился чем-то новым, острым и опасным. Воздух был густым, наэлектризованным тишиной, что бывает перед ударом грома. В горнице, кроме тётки и кузин, находилась и Аглая — та самая гостья, ради которой её вчера изгнали на чердак. Женщина сидела за столом, одетая в дорогое, но безвкусное платье из пурпурного бархата, и с нетерпением постукивала короткими пальцами, унизанными перстнями.