Номер был пуст: кожаная сумка на кресле, чёрный шёлк платья на полу у стула. Это был не сон. Я улыбнулась и потянулась к сумке.
Коврик для йоги лёг на паркет. Двадцатый этаж, за окном Москва — чужая, забитая машинами и серыми крышами. Вдох, руки вверх, переход в глубокий выпад, и бёдра обожгло болью. Отлично, значит, вчерашнее мне точно не приснилось. К концу часа пот тёк по спине, а голова наконец очистилась от навязчивых мыслей.
Ванная оказалась огромной, в белом мраморе. Я набрала воду, залезла по подбородок, взяла мочалку и намылила кожу, пока та не покраснела. Хотелось смыть напряжение. Не вышло. Закрыла глаза — и вернулся его силуэт: широкие плечи, жёсткие мышцы. Моя рука сама опустилась под воду. Складки были горячими, я медленно провела пальцем по чувствительному узелку. В голове всплыло, как Демир смотрел на меня вчера после мероприятия — с готовностью взять, не спрашивая. Мои бёдра начали двигаться в такт пальцам.
— Не останавливайся, — раздался над ухом низкий голос.
Я дёрнулась, выплеснув воду на мраморный пол. Демир стоял у раковины с фарфоровой тарелкой, на которой лежала тарталетка. Вошёл бесшумно. Карие глаза смотрели в упор, без тени смущения.
— Я сказал, продолжай.
Я попыталась притянуть мыльную пену на грудь, нашаривая на дне мочалку.
— Дверь была заперта! Как ты вошёл?
Он потянулся к ремню, металлическая пряжка звонко щёлкнула. Я нервно сглотнула, уставившись на него во все глаза.
— Это отель моего друга. У меня есть ключи от всех дверей. Продолжай.
Он выдернул кожаный ремень из петель, бросил на пуфик и сел на край ванны. Его большая ладонь жёстко перехватила моё лицо: пальцы легли под челюсть, фиксируя голову, большой палец вдавился в кость за ухом.
— Скажи, что не думала обо мне, когда трогала себя, — выдохнул он. От него пахло крепким кофе.
Я молчала. Горло пересохло. Его вторая рука ушла под воду, уверенно сжала мою грудь. Я вскрикнула от резкого нажима.
— Делай, что сказано.
Рука окаменела от напряжения. Я снова опустила её между ног. Про себя понимала, что могу просто сказать ему в лицо — мне это не нравится. Но не сказала. Пальцы скользнули между бёдер, и я прикрыла глаза.
— Умница. Вот так. Быстрее.
Я начала тереть клитор, вода плескалась о его мокрый рукав. Он сжал сосок и потянул вверх, острая боль прошила спину.
— Введи пальцы. Откройся.
Я толкнула один палец внутрь, потом второй. Быстро, грязно, тело не слушалось разума. Он вдруг убрал мою руку, и его пальцы вошли в меня одним движением. Мои бёдра рванулись вверх.
— Боже…
Свободной ладонью он зажал мне рот, протолкнул два пальца между губ и сильно надавил на язык.
— Давай, покажи, как примешь меня.
Я никогда такого не делала. Моя прежняя жизнь была слишком стерильной.






