ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Полагала, я просто человек с деньгами и страстью к коллекциям? Нет, джаным. Я — демон, которого ты видела в своих тайных грёзах. Самый мрачный, самый запретный предмет твоих фантазий. Женщина, зарабатывающая эротическими рисунками, соглашается на условия коллекционера: известность ради 33 ночей в его стамбульском доме. Демир Османоглу отбирает всё — мастерство, плоть, вдохновение. В его особняке есть недоступные комнаты, а намёки прислуги говорят: она не первая, кто подписал такой договор. Предел доверия Лисавета Челищева — Полагала, я просто человек с деньгами и страстью к коллекциям? Нет, джаным. Я — демон, которого ты видела в своих тайных грёзах. Самый мрачный, самый запретный предмет твоих фантазий. Женщина, зарабатывающая эротическими рисунками, соглашается на условия коллекционера: известность ради 33 ночей в его стамбульском доме. Демир Османоглу отбирает всё — мастерство, плоть, вдохновение. В его особняке есть недоступные комнаты, а намёки прислуги говорят: она не первая, кто подписал такой договор. ==================== Пролог Пролог Пролог ДЕМИР — Войди, — выдохнула она и свела брови. Ингрид приподнялась на локтях, обхватила мою шею руками и сразу вжалась губами в мой рот. Почти сразу отстранилась, заглянула в лицо, ожидая чего-то, потом опустила ладонь вниз, обхватила пальцами мой член и без промедления приставила головку к мокрой щели между ног. — Демир, давай, я хочу тебя ощутить, — сказала она, почти не разжимая губ. Я навалился всем весом, сжал ее бедра, вмина

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На коже, прямо над сердцем, расплывалось красное пятно — не чёткий след, а смазанное, будто под кожей лопнули сосуды. Я зажмурилась, потёрла глаза, снова посмотрела. Пятно побледнело, превращаясь в едва заметную тень, а через несколько секунд исчезло совсем.

Как???

Либо я ещё в сонном бреду, либо вокруг действительно происходит что-то ужасное. Но я не верю. Не верю в суеверия. Ни в вещие сны, ни в какую-либо бесовщину и мистику.

Я встала и пошла в ванную. Открыла холодную воду, плеснула на лицо, потом ещё раз. Закрыла глаза и попыталась сложить факты.

Ночной кошмар, в котором я была мужчиной в древнем Риме, умершим от удара когтя демона в сердце. И эти следы на груди, которые исчезли. Или померещились мне.

Я стояла, опираясь ладонями о столешницу, и уговаривала себя, что это просто последствия стресса, нервное истощение, реакция тела на череду безумных событий. Но в глубине сознания уже копошилась другая мысль — о глазах Демира в зеркале, о его ладони, которую обжёг мой крестик, о том, как быстро заживают его раны.

Я запретила себе об этом думать, вытерла лицо полотенцем и вернулась в комнату.

В дверь неожиданно постучали. Я посмотрела на часы. 13:30. Лука за дверью сообщил, что Демир-бей ожидает меня в панорамном ресторане на верхнем этаже, и я ответила, что мне нужно десять минут.

Приняла ледяной душ, чтобы окончательно прийти в себя, и долго стояла перед зеркалом, разглядывая грудь. Про то, что крестик порван и остался на тумбочке, я старалась не думать.

Выбрала белое льняное платье с открытыми плечами, волосы оставила распущенными и нанесла легкий макияж. Хотелось казаться спокойной и независимой, хотя это было хлипким самовнушением.

Ресторан на крыше небоскрёба напоминал стеклянную клетку. Огромные панорамные окна стирали границу между интерьером и туманным мегаполисом, который с этой высоты выглядел как сложный набросок. Демир сидел за угловым столиком в белой рубашке с закатанными рукавами.

Когда я подошла, он поднял голову и коротко улыбнулся, но ничего не сказал, просто отодвинул для меня стул.

— Выглядишь уставшей, — заметил он, когда я села, и пододвинул ко мне чашку с кофе. — Как спалось?

— Плохо, — ответила я, обхватывая чашку ладонями. — Снилась какая-то ерунда. Даже не хочу вспоминать.

— Хочешь, закажу тебе чего-нибудь покрепче кофе? Здесь хороший коньяк.

— Нет, спасибо.

— Тогда прошу к столу.

Я оглядела стол и опешила. Ризотто с белыми грибами, салат с рукколой и вялеными томатами, тартар из лосося, бокал совиньон блан — всё, что я мечтала попробовать, когда будет много денег. Даже лимонный сорбет стоял сбоку. Мой любимый.

Я подцепила вилкой салат, попробовала — он был приготовлен именно так, как я люблю: с крупной морской солью и минимумом масла.