Во втором батальоне даже красное знамя кто-то достал. Рассерженная русская пехота с малыми пехотными лопатками в руках — страшная сила, тем более что ее поддержали все оставшиеся огневые точки — пулеметы и минометы. Глупо, но красиво.
Прошло еще минут пять и все в целом стихло. Кое-где немцы еще пытались сопротивляться, но в основном они сдавались. Да и немного их осталось. Слишком неожиданным были как засада, так и удар отдельной роты Лавриненко, действующей на чешских танках[5]. Ну и, конечно, красивая контратака вышедших из себя пехотинцев.
От сильно потрепанного танкового полка Вермахта осталось едва ли две сотни бойцов, включая раненных. Потери легкого полка Черняховского тоже вышли немалыми, хоть и несопоставимо меньшими. Шестьдесят пять бойцов убито, двести семнадцать ранено, в том числе двадцать восемь — тяжело. Все ПТО уничтожены, как и семь станковых и девять ручных пулеметов. Ну и так — по мелочи. Хотя, конечно, для подобной ситуации можно сказать только одно — «легко отделались», как позже подытожил Черняховский. Ведь если бы не танки Лавриненко, то и конец бы их тут пришел.
Тоже время. Ставка Национальной обороны Чехословакии.
После того, как пришли сведения о разгроме прорвавшегося танкового полка, на лицах личного состава Ставки отчетливо проступило облегчение. Ведь большое дело сделали — отсекли и уничтожили прорвавшиеся немецкие танки.
Остаток дня прошел достаточно спокойно, настолько, что Михаилу Николаевичу даже показалось, будто бы Вермахт понес слишком серьезные потери и ему нужна короткая передышка, чтобы привести себя в порядок и подтянуть резервы. Причем такое мнение звучало не только от него, но и от Войцеховского с прочими. Шутка ли — такие потери! Однако в Берлине было иное мнение на этот счет…
Рано утром двадцать четвертого числа пришла неожиданная новость — противник силами трех пехотных дивизий прорвал оборону под Брно, вынудив чешские войска отойти с долговременных оборонительных рубежей.
Ничего хорошего это не сулило. «Да и откуда там три свежие пехотные дивизии нарисовались? Не было же по сведениям разведки…» — подумал тогда Войцеховский.
К вечеру двадцать пятого февраля наступление немцев под Брно выдохлось окончательно, стянув на себя обе резервные полевые дивизии и фактически устранив всякие свободные полевые войска к югу от Праги. Если не считать, отведенного на отдых в глубокий тыл северного фронта легкого полка Черняховского. Все-таки почти две роты потерял, что для легкого полка, состоявшего всего из двух батальонов, весьма прилично — ни много — ни мало, а треть.






