ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он – Сенор. Человек без прошлого. Невольная марионетка в чужой хитроумной игре. Человек, коего незнаемая сила заставляет творить многое и многое, человеку непосильное... Бросить ли вызов коварству... Отступник Андрей Георгиевич Дашков ПРОЛОГ Сенор так никогда и не узнал, что в глубине его существа родилось это. Никто не видел, как вызревают ужасные семена... Вначале это было головной болью. И что-то страдало и ворочалось в тесной коробке черепа; и ему удавалось ненадолго прогнать эту боль, но она никогда не проходила совсем, а оставляла мысли – как шум и видения, как утомительный сон. Проклятье его заключалось в том, что он был Незавершенным; он не помнил своего прошлого и ничего не знал о своем будущем. Лишь на секунду его ум становился безмолвным и ясным, но потом не было покоя: слова с утраченным смыслом как злобные псы бесновались на окраинах сознания, из могил памяти восставали демоны – и шли по кругу часы, дни, недели и годы... Это росло незаметно и неумолимо и привыкало жить в стенах своей тюрьмы. А потом оно разрушило Сенора и начало действовать... Оно стремилось достичь Слияния и Завершения. Но этому освобождению предшествовали долгие и странные приключения. Ошеломленный Сенор вошел в дом, заперся и при тусклом свете свисавшей с потолка светящейся змеи изучил нацарапанное на пергаменте послание. Он запомнил его наизусть – слово в слово, и это не было тратой времени – он знал, что очень скоро все написанное исчезнет с пергамента бесследно. * * * Присутствие в Башне избавляло его на время от преследований со стороны барона Тантора Тенга. Барон с редким упорством пытался убить Сенора в течение нескольких последних дней, но причина внезапной вражды оставалась пока тайной за семью печатями. С большим трудом при помощи своего дара ему удалось уничтожить наемного убийцу Тантора, избежать смерти от яда, который ему подлили в вино в родовом доме герцога Криала, покров

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И хотя душа его готова была пережить восторг смерти, последним, почти исчезающим усилием воли он заставил себя не поднимать головы. И какое-то время ненавидел себя за это.

Потом он стал думать о том, что испытывают сейчас Истар, Люстиг, Суо особенно Суо, – ведь оно не было человеческим существом. Сенор ощутил рядом их одежды и тела: они были неподвижны.

Наконец гул ужаса, наполнявший мозг, начал ослабевать. Кладбищенская Крыса удалилась со скрежетом; несколько ломких ветвей обрушилось, оставив в воздухе стеклянный звон; порывистый ледяной ветер, похожий на дыхание гигантского существа, последний раз обдал их могильным холодом, – и все вокруг стихло.

Обессиленный Тойнгха упал на сидение кареты. Его лицо в полумраке было пугающе бледным.

Люстиг тронул поводья, и лошади понесли карету дальше через Стеклянный Лес, к далекой пропасти, из которой можно было подняться к дневному свету.

* * *

Здесь, во время бегства из Мургуллы, Сенора настиг голос Мелхоэд, ворвавшийся в его сознание заунывным ветром. Слепая Королева пришла в себя в хрустальных покоях удалявшегося замка Грах.

– Ах Сенор, Сенор, – запричитал далекий голос, – зачем ты бежал? Я отпустила бы тебя, когда пришло бы время... Ты оставил меня заточенной в Бутылке Рофо и забрал с собой Стеклянный Обруч...

Тут Сенор машинально дотронулся до Обруча и с удивлением обнаружил, что тот до сих пор находится на его голове, более того, в обруч вросли его волосы и переплелись с волосами Слепой Королевы. В суматохе он совершенно забыл об амулете Мелхоэд.

А голос стонал:

– Что ты сделал... Теперь я останусь здесь навеки, если не придет кто-нибудь со Стеклянным Обручем и не освободит меня... Но ты погибнешь, а Обруч навсегда исчезнет в Тени... О, низкий, низкий, худший из живущих! Обрекший меня на заточение, а подземный мир – на вражду и хаос!..

Это была правда. Нетрудно себе представить, во что превратится двор Подземного Королевства без всепроникающей и объединяющей власти Мелхоэд. Достаточно было взглянуть на Тойнгха, чтобы понять: война между графствами неизбежна. Война, которая превратит здешнюю жизнь в еще больший ад. Теперь ничто не мешало осуществлению любого заговора, и начало междоусобицы было лишь делом времени.

Но Мелхоэд сама нарушила естественный ход вещей. Отпусти она Сенора и Люстиг, – и сбылось бы пророчество Айоты, Читающей по Костям. Мургулла была бы спасена, а пришельцы из Верхнего Мира навсегда удалились бы. Но она предпочла спрятать Сенора в Бутылке Рофо и теперь должна была заплатить за это.

Голос плакал еще немного, безнадежно и отчаянно; ни одной нотки гнева больше не появилось в нем.

Сенор постарался отогнать от себя мысли о Слепой Королеве. Невидящим взглядом смотрел он на проносящийся мимо Стеклянный Лес.