Предвестие смерти носилось повсюду, девочки становились шлюхами, юнцы, едва державшие меч, собирались в банды, старики возжаждали запретных удовольствий, старухи превращались в жриц чудовищной любви.
Чума и сифилис, сдерживаемые теперь лишь знахарями и магами, набирали силу, собирая свой ежедневный урожай.
Не было спасения, не было выхода.
* * *
Больше Сенора никто не преследовал. Выжидая, отступились Хозяева Башни, барон Тантор Тенга был мертв. Его набальзамированный труп занял свое место в усыпальнице рода Тенга. Сын Тантора, Флуг, унаследовал титул. Холодный Затылок знал, что тот, когда вырастет, станет его злейшим врагом и сделает все, чтобы отомстить за отца. Пока у Сенора было время. Мести Флуга суждено было зреть несколько лет. Сенор не задумывался над этим всерьез. Что толку было размышлять об отдаленной опасности, когда приближалась Тень, а он покидал Кобар и отправлялся в куда более страшное место...
Но и Кобар стал уже ареной войны. Окраины его разрушали существа Тени, число его защитников таяло, как весенний снег. Преграда была снесена и более не восстанавливалась. Хозяева Башни спешно возводили вокруг города стену из колдовского вещества. Граница Тени пролегла теперь через Безлюдный Двор – Подземное Королевство Мелхоэд навсегда скрылось в руинах Хаоса.
В последний раз Человек Безымянного Пальца в одиночку отправился за пределы города, чтобы увидеть, следует ли до сих пор своему Обету Бродячий Монах.
* * *
Ему показалось, что прошли столетия с того времени, как он побывал здесь.
Чьи-то огромные туши, двигаясь по лесу, оставили в нем глубокие просеки; кое-где деревья еще горели, в воздухе висел тяжелый запах тления и гари. Сенору, который скакал на слепой лошади из Мургуллы, изредка попадались на глаза человеческие трупы и останки существ, извергнутых Тенью. Их уже некому было хоронить.
Он разглядел в лесу слабый свет догорающего костра и свернул с дороги.
Ему не были знакомы последствия такой войны. Совсем недавно здесь сражались существа из другого мира, и поле сражения было самым странным из всех, которые ему довелось видеть. Сердце его сжалось от боли, когда он узрел то, что оказалось трупом Треттенсодда Сдалерна.
У трупа не было головы. Сенор хорошо помнил эту голову – большую, лишенную волос, с блестящими металлическими заплатами на черепе и круглыми стеклами, за которыми сверкали два не ведавших страха веселых глаза.
На белой руке трупа висел мешочек с разноцветными черепами, вторая, черная рука, неестественно вывернутая и обнажившаяся до локтя, до сих пор сжимала неизвестный Сенору предмет, похожий на посох с рогами.
Вокруг лежали останки его жертв.






