ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Пират Гарольд Роббинс Моим дочерям Карин и Адриане... Пусть их мир будет полон понимания, любви и покоя. Большой шатер, стоявший в центре оазиса под тремя большими пальмами, был залит светом электрических ламп, размещавшихся по углам основного помещения. Из-за одной из занавесок доносился ровный гул маленького керосинового генератора, который давал энергию. Из-за другой шел дразнящий запах мяса, жарящегося на углях переносной жаровни. В двадцатый раз за этот день доктор Самир Аль Фей, подняв полог шатра, вышел наружу, пристально вглядываясь в пелену бушевавшего самума. Песок резко бил его в глаза, и он не видел ни верхушек деревьев в пятнадцати футах от себя, ни края оазиса, за которым песок стоял стеной, готовой, казалось, достать до неба. Он опустил полог и протер глаза, возвращаясь в главное помещение. На ногах у него были мягкие туфли, и он двигался почти бесшумно, когда ступил на мягкий шерстяной ковер, покрывавший песчаный пол. Набила, его жена, посмотрела на него. — Все так же? — тихо спросила она. Он покачал головой. — Все так же. — Как ты думаешь, когда все это кончится? — спросила она. — Не знаю, — ответил он. — Во всяком случае, пока непохоже, что дело идет к концу. — Ты огорчен? — У нее был мягкий и добрый голос. Он пересек шатер, подойдя к ней и посмотрел на Набилу сверху вниз. — Нет. — Ты бы не пошел в этот хадж, если бы я не настаивала. — Я пошел не из-за этого. Причиной была наша любовь. — Но ты не верил, что путешествие в Мекку может что-то изменить, — сказала она. — Ты говорил мне, что пол ребенка определяется совсем другими условиями. — Я ведь врач, — сказал он. — Но я еще и мусульманин. — А если снова будет девочка? Он не ответил. — Тогда ты развед

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пленка прокручивалась с десятикратным ускорением и сорок минут превратились в четыре. После щелчка он остановил плейер и, нажав клавишу старта, снова пропустил ее. На этот раз экран оставался пустым. Запись была стерта начисто.

Бадр нажал клавишу остановки. Как просто все получается у этой машинки. Если бы только существовала такая кнопка, нажав которую, можно было стереть кусок жизни и начать все сначала.

Глава 10

Поднявшись на борт самолета, Иордана была удивлена, обнаружив тут Лейлу с двумя молодыми людьми. Одетые в плохо сидящие пиджаки с оттопыренными карманами, которые обычно носят чиновники с Ближнего Востока, они вежливо поднялись.

— Я и не знала, что вы летите с нами, — сказала Иордана.

Голос Лейлы прозвучал со странным вызовом.

— Неужто? — сказала она по-арабски.

Иордана была поражена. Лейла обычно говорила с ней по-английски или по-французски. Но, может быть, дело было в том, что ее друзья не владели настолько свободно этими языками. Отбросив эти мысли, она тоже ответила по-арабски.

— Я очень рада, что вы летите с нами. Просто я удивилась. Твой отец не упоминал об этом.

— Он мог забыть, — сказала Лейла.

Он ничего не забывает, подумала Иордана. После утреннего разговора, когда он сказал ей, что они должны расстаться, Иордана его больше не видела. Позже, днем, он вернулся в Женеву, успев лишь попрощаться с детьми.

— Ему есть о чем думать, — сказала она по-прежнему по-арабски, поворачиваясь к двум молодым людям.

Поняв намек, Лейла представила их.

— Это мадам Аль Фей, вторая жена моего отца, а это Фуад Азиз и Рамадан Сидки. Они присоединились ко мне, чтобы провести дома уик-энд.

— Ахлан, — сказала Иордана.

— Ахлан фики, — неловко ответили они, неуклюже кланяясь, словно это движение не было им знакомо.

По трапу поднялись двое детей, их шотландская гувернантка Энн и Магда, ее личная горничная. Дети со счастливыми воплями кинулись к своей сестре.

— Лейла! Лейла! — кричали они, обнимая ее.

Она встретила их с какой-то холодностью, хотя когда они впервые встретились, Лейла произвела на них большое впечатление и большую часть тех дней, что дети были дома перед отъездом в Гштаадт, они провели в совместных играх.

Иордана подумала, что сдержанность Лейлы объясняется присутствием ее друзей.

— Садитесь, дети, — сказала она. — И не забудьте пристегнуть ремни Мы взлетим через несколько минут.

— Можно сесть рядом с Лейлой? — спросил Самир. — Можно?

Она посмотрела на Лейлу.

— Если ваша сестра ничего не имеет против.

— Не имею, — сказала Лейла, и Иордана снова отметила раздраженную нотку в ее голосе.

— Ладно. Но вы должны хорошо вести себя.

— Мама, — спросил Мухаммед, — почему и ты говоришь по-арабски?

Иордана улыбнулась.

— Наверно потому, что приятели твоей сестры не владеют английским так свободно, как ты.