ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Александр Васильевич СТРЫГИН Расплата Роман ОГЛАВЛЕНИЕ: Книга первая. ПРОБУЖДЕНИЕ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 4 5 ) ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 4 ) ЧАСТЬ ВТОРАЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 5 ) ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 4 5 6 ) ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 4 5 6 ) ГЛАВА ШЕСТАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ( 1 2 ) Книга вторая. ИСПЫТАНИЕ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ШЕСТАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ШЕСТАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ( 1 2 ) ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ( 1 2 ) ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 5 ) ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА ШЕСТАЯ. ( 1 2 3 ) ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ( 1 2 3 4 ) ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ( 1 2 3 ) ================================================================ Годы гражданской войны. В стране разруха и голод. Хлеб есть лишь в отдельных губерниях, в том числе в Тамбовской. В этом глухом, но хлебном краю свила себе гнездо эсеровская контрреволюция, известная под названием "антоновщины". На борьбу за хлеб партия мобилизует лучших своих сынов - деревенских коммунистов, рабочих-питерцев. Сре

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Тачанку сюда!

Аэроплан взял круто вверх, и из него посыпались тысячи белых листков. Они опускались медленно, кружась в воздухе, словно стая белых чаек, а Антонов орал на все село:

- Не читать! Все собрать и сжечь! У кого найду - расстреляю! Командиры, ко мне!..

Аэроплан взял курс на северо-запад, и вскоре не стало слышно его мотора.

А в саду под вишней лежала убитая Соня и широко открытыми глазами глядела в небо.

Пчелы мирно гудели над ее телом. Белые лепестки вишен ласково и нежно ложились на ее холодеющие руки, на мраморное страдальческое лицо. Это старые вишни щедро осыпали на нее невестинский свой наряд, словно хотели скрыть ее от грязных взглядов.

Поздно ночью, когда антоновские полки, прячась от бронеотряда, уже подходили к уваровским лесам, Карась со своими верными дружками и остатками двух полков, разбитых в Умете, заскочил в Карай-Салтыки, надеясь увидеться с Соней.

Трясущегося от страха Семенова он чуть не пристрелил, узнав, что Соня, убитая Антоновым, до сих пор валяется в саду.

Если бы Карась знал, за что убил ее Антонов, он, может быть, не стал бы хоронить ее с почестями, но тайну происшедшего в этом саду увезли с собой братья Антоновы.

Карась увез труп Сони в лес, положил ее на крутом берегу Вороны и первый высыпал на ее ноги картуз приречной песчаной земли.

Вскоре вырос на этом месте холмик...

А Карась, дав клятву отомстить Шурке Антонову за Соню, двинулся в свои родные края.

4

Маша только что пришла из госпиталя, где второй месяц работала санитаркой. Хотела начать стирку, но в дверь влетел Мишатка с неожиданной радостной вестью:

- Дядя Паня! Дядя Паня идет! С орденом!

- Где? Где он?

- Да вон идет! Я их на улице с тетей Кланей встретил!

- Бежи, сынок, за бабушкой, она с Любочкой у соседей.

Панька вошел сияющий. На шинели блестел новенький орден.

Маша обняла сразу обоих - и Паньку и Клашу. В радостном порыве не знала, что сказать, только гладила пальцами орден и повторяла:

- Господи! Как хорошо! Хорошо-то как! Живы!

Радостный плач Авдотьи послышался из коридора. Увидев "деток" своих живыми, она приникла к Панькиной груди.

- Милые мои! Родные мои! Желанные мои! - только и могла выговорить Авдотья.

- А где же батя? - спросил Панька.

- В Губчека он, - ответила Маша. - На Карася облаву готовит вместе с Васей.

- Да ты, сынок, и не узнаешь отца-то, - утирая слезы, заговорила Авдотья. - В ремнях ходит, как комиссар. Чуть в петлю опять не угодил.

Мишатка уже крутился у шинели, которую Панька повесил у двери. Услышав разговор о деде, Мишатка перебил бабку и взахлеб стал рассказывать, каким героем был дед Юша в Каменке, как его освободил Митрофан.

Панька слушал рассказ, и лицо его становилось все суровее и бледнее. Сидор Гривцов стоял перед его глазами, и руки дрожали от желания задушить этого зверя...

- Попался бы мне Сидор...