ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В канун наступления нового тысячелетия на скачках гибнет жокей Мартин Стакли. Это переворачивает размеренную жизнь его друга, стеклодува Джерарда Логана, с ног на голову. Логану приходится спасатьс... Осколки Дик Фрэнсис Глава 1 В тот день Мартин Стакли погиб, упав вместе с лошадью в стипль-чезе. Было тридцать первое декабря, канун двухтысячного года. Холодное зимнее утро. Мир на пороге будущего. Незадолго до полудня Мартин сел за руль своего «БМВ» и отправился на работу. По дороге он заехал в пару деревень, разбросанных по Котсволдским холмам, и захватил с собой трех пассажиров. Никакие предчувствия его не терзали. Мартин был знаменитый жокей, он обладал мужественным сердцем и непоколебимой уверенностью в себе. К тому времени, как Мартин добрался до моего дома, стоящего на склоне холма над растянувшимся вдоль шоссе поселком Бродвей, столь любимым туристами, в просторном салоне его машины уже плавали густые клубы дыма сигар «Монтекристо» номер 2. Он много курил, чтобы поменьше есть. В свои тридцать четыре Мартину приходилось жестко ограничивать себя в еде, часами потеть в сауне, но все равно он постепенно проигрывал войну с собственным обменом веществ и лишним весом. Гены наделили Мартина довольно-таки атлетическим сложением, а от мамы-итальянки ему вдобавок передалось умение готовить, любовь к хорошей кухне и жизнерадостный нрав. Мартин непрерывно ссорился с Бомбошкой, своей состоятельной, пухленькой и болтливой супругой. Своих четырех малолетних отпрысков Мартин по большей части игнорировал. Временами он озадаченно хмурился, глядя на них, словно бы не понимал, кто это такие. Благодаря своему мастерству, отваге и умению устанавливать контакт с лошадьми Мартин выигрывал скачки не реже, чем раньше. И в тот день по дороге в Челтнем он спокойно и уверенно обсуждал шансы своих лошадей. Сегодня ему предстояло участвовать в двух коротких барьерных скачках и одном стипль-чез

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Вам звонила Кэтрин Додд, – сообщила Бомбошка. – Просила передать, что у нее сегодня свободный вечер. И спрашивала, будете ли вы дома.

Я сказал «спасибо», но Бомбошка не обратила на это внимания. Она, как и мы с Томом, была целиком поглощена тем, как знакомились Виктор с Дэниэлом. Виктору было пятнадцать, а Дэниэл на четыре года моложе. Казалось бы, при такой разнице в возрасте мальчишки должны были держаться отчужденно, но они тут же обнаружили, что говорят на языке компьютеров куда лучше, чем любой из нас. Виктор вышел из машины, и они с Дэниэлом удалились в дом, болтая, словно близнецы. Кибер-близнецы.

Том собирался взять Виктора к себе, но Бомбошка предложила, чтобы сегодня мальчик переночевал у нее. Она ушла в дом следом за ребятами. Джим сперва отвез домой Тома и его собак, потом повез меня ко мне домой.

Вылезая из машины, Том на прощание заметил:

– Вот уж никак не думал, что мы вернемся живыми-здоровыми!

Я наверняка решил бы, что Том и есть Номер Четвертый, если бы он дважды не спас меня от увечья, а может быть, и от смерти.

Мотоцикл Кэтрин занимал свое обычное место у кухонной двери. Услышав, как подъехала машина Джима, из дома вышла сама Кэтрин. Наша встреча выглядела весьма недвусмысленно, так что Джим усмехнулся и укатил, получив двойную плату и пообещав, что я могу рассчитывать на его услуги в любое время, «и днем, и ночью».

Возвращение домой, к Кэтрин, стало для меня событием, которого я каждый день ждал с нетерпением. Я еще ни разу не бывал у нее дома. Сегодня вечером я спросил, нельзя ли посмотреть на то место, где она живет. Кэтрин расхохоталась и пообещала, что завтра свозит меня туда.

– При дневном свете оно лучше смотрится.

Она спросила, как прошел день, я спросил, как прошел день у нее. Она нахмурилась, услышав о проблемах Виктора, обрадовалась, узнав о перспективах хрустального приза. Все было очень по-семейному. А ведь мы всего три недели как познакомились…

– Расскажи мне про работу полицейского, – попросил я, когда мы уютно втиснулись в одно из огромных кресел.

– Что именно?

Кэтрин всегда несколько напряженно относилась к упоминаниям о своей работе, но на этот раз я спрашивал не из пустого любопытства. Мне действительно было нужно знать.

– Чего вы добиваетесь? Вот, к примеру, тогда, в канун Нового года, когда ты вырядилась под хиппи и разговаривала с бродягой, который устроился на пороге, вашей задачей было предупредить воровство, а не арестовать воров?

Кэтрин неловко заерзала на месте.

– Да нет, – ответила она. – Вообще-то мы предпочитаем арестовывать…

Я понял, что наступил на любимую мозоль, и переменил тему.

– Расскажи про твоего партнера, того бродягу. Она улыбнулась.

– Он не бродяга на самом деле. Его зовут Пол Крэтчет. Это крепкий мужик, обманчиво мягкий и вежливый.