Я незаметно наступил на педаль, заслонка отворилась, и горячий ветер пустыни пахнул прямо на шерстяной костюм и медленно багровеющее лицо Нормана Оспри. Букмекер рассвирепел, ринулся ко мне, толкнул меня на заслонку, но я увернулся, поставил ему подножку, и Норман Оспри рухнул на колени.
– Прекрати, ты, засранец! – рявкнула Роза на Оспри. – Сейчас нельзя его калечить! А то ты не знаешь, что, если он не сможет говорить, мы ничего не добьемся!
Роза протащила моего беспомощного помощника через мастерскую. Норман Оспри стиснул Гикори за плечи, не давая ему упасть. Гикори, спотыкаясь, пробирался вперед шаг за шагом, пока не добрался до кресла, которое я купил для Кэтрин. Тут Роза грубо развернула Гикори и толкнула, так что он упал в кресло боком, и ему пришлось поизвиваться, прежде чем он сумел развернуться и сесть нормально.
За спиной у меня слышалось прерывистое дыхание Памелы Джейн и судорожный астматический хрип Адама Форса. Насчет того, как он промахнулся с инсулином в Бристоле, Форс ничего не сказал. Он явно нуждался в своем ингаляторе, но руки у него были заняты.
– Сиди тут, малый! – злорадно сказала Роза Гикори. – Это тебя научит не совать носа, куда не просят!
И Роза снова обернулась ко мне. Гикори пытался что-то сказать, но сумел издать только протестующий писк.
– Сейчас ты отдашь все, что мне нужно, – продолжала Роза, обращаясь уже ко мне. – А то я в твоем дружке дырок напрожигаю.
– Нет! Вы не посмеете! – воскликнула Памела Джейн.
– А ты заткнись, сучонка, – оборвала ее Роза, – а то я вместо этого твою сопливую мордашку подпорчу.
Роза наступила на вделанную в пол педаль, и заслонка печи снова поднялась. Гикори был не в силах что-либо предпринять – он только глубже вдавился в кресло. Но он не мог не понимать, какой дьявольский выбор подсовывает мне Роза.
Роза же, словно читая его мысли, сказала все тем же резким тоном:
– Эй, ты, как тебя там? Гикори! Давай молись, чтобы твой начальничек не позволил тебе обжечься. Потому что я не шучу. На этот раз он мне все отдаст.
Роза взяла одну из длинных понтий и сунула ее в резервуар с расплавленным стеклом. Она проделала это довольно неуклюже, но все же было заметно, что ей когда-то доводилось наблюдать за тем, как это делал профессиональный стеклодув. Когда она вытащила понтию, на конце трубки светился шарик раскаленного стекла, и Роза покрутила понтию, чтобы не дать стеклу стечь на пол.
Увидев это, Памела Джейн застонала и пошатнулась, едва не напоровшись на иголку шприца.
– Джерард Логан! – напыщенно произнесла Роза.






